Артур Рэнсом - Ласточки и амазонки

***

Сьюзен сказала:

– Роджер, тебе лучше поспать.

Роджер ничего не ответил, он уже и так крепко спал. Джон снова спрыгнул в лодку.

– Потише, не разбуди его, – прошептала Сьюзен. Джон осторожно переступил через спящего юнгу.

– Здесь есть еще два одеяла, – сообщила Сьюзен.

– Я не собираюсь спать, – отозвался Джон, поудобнее устраиваясь на дне лодки. – А ты можешь отдохнуть.

– Эй, Джон, – шепнула Сьюзен через мину ту или две, но опять не услышала ответа. Через несколько минут боцман Сьюзен тоже погрузилась в сон.

***

Ветер унес прочь тучи, и в вышине, над озером, над «Ласточкой» и ее спящим экипажем ярко засияли звезды. Над грядой восточных холмов глубокая синева неба начала бледнеть и выцветать. Острова, сгрудившиеся у входа в залив Рио, превратились в темные громады, выделявшиеся на фоне воды, которая теперь стала светлее. Если раньше и суша, и небо, и озеро были одного непроглядно-черного цвета, то теперь вода и небеса постепенно становились серовато-голубыми. Потом и острова начали менять цвет – из черных они превратились в блекло-зеленые, коричневые и серые, а рябь на воде уже тускло отблескивала, словно разлитое олово.

***

Когда Джон проснулся, до рассвета было еще далеко, однако было уже достаточно светло для успешной навигации. Он мгновенно стряхнул с себя сон, несколько пристыженный тем, что позволил себе уснуть. Оглядевшись по сторонам, Джон обрадовался тому, что сумел проснуться первым. Он немедленно осознал, где они находятся – стоят у причала возле одного из маленьких островов у северной оконечности залива Рио. Джон попытался отшвартоваться и поставить парус, не перебудив при этом остальных, но, когда он поднялся, юнга и боцман тоже заворочались.

Роджер зевнул и, ухватившись за планшир, подтянулся, чтобы осмотреться вокруг. Посмотрев на озеро, на причал и на остров, юнга без слов повалился обратно и снова уснул.

Сьюзен проснулась резко и окончательно – как просыпается всякий, кому по утрам приходится готовить завтрак на всю семью.

– Мне кажется, – промолвила она, – что нам следовало отчалить уже давным-давно. Смотри, уже совсем светло.

– Тогда за дело, – скомандовал Джон. – Берись за главный шкот, а я поставлю парус. Я не хотел тебя будить… но на самом-то деле я только что проснулся сам. Кажется, день опять будет погожий, да и ветер не переменился.

Джон отвязал фалинь и обмотал его одним витком вокруг швартовочной тумбы в дальнем конце причала. Потом он поднял парус, совсем забыв, что тот зарифлен. Чтобы убрать риф, потребовалось не более минуты. Это было куда легче, чем возиться с парусом в темноте. После этого Джон снова поставил парус, на сей раз полностью распустив его, и отшвартовался от причала. «Ласточка» отошла немного назад, поймала ветер и вышла на открытое пространство. Джон перебрался на корму и взялся за румпель.

Сьюзен, прищурившись, высматривала объявление о том, что высадка запрещена.

– На самом-то деле мы вовсе и не высаживались, – пробормотала она.

Они миновали залив Рио и острова. Непривычно было видеть этот обычно оживленный залив таким пустынным. Нигде не было ни души. Окна во всех домах были зашторены. Яхты стояли в швартовочных бонах, туземные лодки лежали на берегу, вытащенные еще с вечера. Ни один туземец не появился пока на пляже.

– У нас еще есть время до того, как взойдет солнце, – заметил Джон, поглядывая на слабый отсвет в небе над холмами.

«Ласточка» вышла на открытое водное пространство, острова остались позади. Джон на правил ее длинным зигзагом к противоположному берегу озера, затем скомандовал: «К повороту!» – и положил судно на другой галс. В этот раз они подошли к узкой бухте у Холли-Хоув. За покатым полем, на верхушке холма стояла сама ферма Холли-Хоув, белевшая среди тисов и кустов остролиста. Там, в доме, спали мама, Викки и нянюшка. Джон посмотрел на Сьюзен, а Сьюзен – на Джона. Оба подумали об одном и том же, но не сказали ничего. Мысль, пришедшая в голову сразу обоим, внушала беспокойство. Ну ладно, скоро они будут уже в лагере на острове Дикой Кошки.

Наконец Сьюзен промолвила: – Я надеюсь, у Титти хватило здравого смысла все-таки лечь спать.

– Держу пари, что не хватило, – отозвался Джон. – Да ей бы этого и не захотелось.

Дариенский пик остался за кормой. Джон увидел баржу, пришвартованную к гигантскому бую, однако это зрелище напомнило ему о неприятном разговоре с капитаном Флинтом, и Джон предпочел отвернуться в другую сторону.