Артур Рэнсом - Ласточки и амазонки

Девочка попыталась вскочить на ноги, но забыла, что она замоталась в одеяло, словно мумия. Должно быть, ее разбудил крик совы. Наверное, Джон, Роджер и Сьюзен плывут во мраке на двух кораблях и удивляются, почему не видно света бакенов. Титти с трудом поднялась на ноги и прислушалась. Несколько секунд она не слышала ничего, а потом где-то на озере раздался скрип разворачивающейся укосины – это парусная лодка совершала поворот оверштаг.

Титти нащупала на земле электрический фонарик, а рядом с ним – незажженную лампу. Засветив фонарик, матрос бросилась прочь из лагеря. Спотыкаясь на бегу, она мчалась по тропинке, ведущей в гавань. Как хорошо, что мама подарила им на день рождения Викки эти фонарики! Даже при свете фонаря бежать было трудно. И еще как здорово, что Титти сегодня днем пришло в голову убрать все ветки, нависающие над дорожкой.

Она нашла дерево с развилкой, вытащила из кармана коробок со спичками и сунула в тот же карман фонарик, чтобы обе руки были свободны. Первая спичка потухла сразу, а вторая тогда, когда она подняла ее вверх, чтобы засветить лампу. Но третья попытка оказалась удачной. Титти без труда зажгла вторую лампу и повесила ее на гвоздь, вбитый в центр белого креста на пне.

Что ж, теперь Джон и Сьюзен должны увидеть свет бакенов. Но что, если им пришлось ждать этого слишком долго? Она, Титти, матрос славной «Ласточки», позорно заснула как раз в то время, когда обязана была бодрствовать. Что, если остальные попытались войти в гавань в темноте и напоролись на подводные скалы?

Неожиданно над головой Титти, между двумя бакенами, пронеслась большая сова – ее, видимо, сбили с толку огоньки во тьме.

– Ту-вууу, ту-вууу, – услышала Титти, когда птица скрылась в ночном мраке.

Быть может, и то, что она слышала прежде, вовсе не было условным сигналом. Возможно, все страхи были напрасными и «Ласточка» еще далеко. Но ведь Титти слышала скрип, очень похожий на тот, который издает при развороте укосина «Ласточки»!

Как раз в этот момент где-то в темноте, у входа в гавань, послышался шум спускаемого паруса, а потом короткий скрип – так скрипит весло, когда им загребают с кормы.

Титти готова была поприветствовать Ласточек радостным кличем, но тут ее слуха коснулся голос, который не принадлежал ни Джону, ни Сьюзен, ни Роджеру.

Этот голос произнес:

– Чертовски хорошо они придумали – установить в гавани бакены!

На миг в голову Титти пришла шальная мысль – задуть свечи. Но было уже слишком поздно. Лодка подошла совсем близко. Через секунду она причалила к берегу не более чем в шести метрах от того места, где стояла Титти.

Титти, согнувшись, присела на землю за скалой. Как она вообще могла уснуть? Крик, который она слышала, был не условном сигналом Ласточек, а уханьем настоящей совы. Если бы она не спала, она сразу поняла бы это. А теперь вышло так, что она, часовой, зажгла для Амазонок бакены, по которым они вошли в гавань, и, когда Ласточки вернутся домой, они обнаружат, что остров захвачен врагом. Смогут ли они когда-нибудь простить ей этот промах?

Нэнси Блэккет уже была на берегу.

– Чего я не могу понять, – заявила она, – так это того, как им удалось оказаться здесь раньше нас? Я уверена, что слышала, как они неслись вверх по реке. Должно быть, они гребли как черти. Под парусом они не смогли бы идти так быстро. И я ни за что бы не поверила, что они смогут грести так быстро. Хотя… мы же лавировали всю дорогу. Забавно, что мы не слышали их ни на одном галсе, ни на другом. Шевелись, Пегги, идем живее. Да зажги свет.

– Спички отсырели, – пожаловалась Пегги.

Как раз в этот момент в лодке вспыхнул огонек, и через секунду Пегги соскочила на берег, держа в руке зажженную лампу.

– Их здесь нет? – спросила она.

– Они просто зажгли для нас огни и удрали обратно в лагерь, – ответила капитан Нэнси. – Притворяются, что они здесь уже давно. Идем. Дай сюда лампу. Пираты-Амазонки прошли так близко от матроса Титти, что она почти могла дотронуться до них. Выйдя на тропу, они бегом помчались в лагерь.

Титти сжалась в комок, дрожа всем телом. Она слышала, как Пегги окликнула сестру:

– Подожди меня! Я ничего не вижу без лампы.

Шаги их звучали все глуше и глуше. Затем воцарилась тишина, слышался лишь шорох ветра в листве. Амазонки ушли в лагерь.

Титти не знала, что ей делать. Это было поражение, полное и ужасное. Ведь предполагалось, кто «Ласточка» вернется на остров с триумфом, за ней будет плыть захваченная «Амазонка», ведомая твердой рукой боцмана Сьюзен… и все пошло прахом! Ласточки не захватили «Амазонку» – вместо этого Амазонки высадились на острове Дикой Кошки, и их пиратское судно пришвартовано в гавани. Если бы только она, Титти, не зажгла бакены, пиратки не смогли бы войти сюда до самого рассвета, а тогда Ласточки, наверное, уже вернулись бы.