Чарльз Диккенс - Тайна Эдвина Друда [litres]

– Эй! – восклицает Дёрдлс, неизвестно почему встревоженный.

– Проснулись наконец? – спрашивает мистер Джаспер, подходя к нему. – Знаете ли вы, что ваша одна минутка превратилась в добрую сотню?

– Ну вот еще!

– Да уж поверьте.

– Который час?

– Слушайте! Сейчас будут бить часы на башне.

Маленькие колокола отзванивают четыре четверти, потом начинает бить большой колокол.

– Два! – восклицает Дёрдлс, торопливо вставая. – Что ж вы меня не разбудили, мистер Джаспер?

– Я пробовал, да ведь легче мертвого разбудить. Хотя бы вон вашу «семейку» в углу.

– Вы меня трогали?

– Трогал?.. Да я вас тряс изо всей силы!

Вспомнив о загадочном прикосновении во сне, Дёрдлс смотрит на пол и видит, что ключ от подземелья лежит возле того места, где он спал.

– Я, стало быть, тебя обронил? – бормочет он, подбирая ключ, удовлетворенный тем, что и эта часть сна получила объяснение. Но когда он снова выпрямляется (насколько он сейчас вообще способен выпрямиться), он опять ощущает на себе пристальный, испытующий взгляд своего спутника.

– Ну? – улыбаясь, говорит Джаспер. – Вы уже совсем собрались? Не спешите, пожалуйста.

– Вот только узелок завяжу поаккуратней, и я к вашим услугам.

Завязывая узелок, он опять замечает, что за ним следят.

– Да вы в чем меня подозреваете, мистер Джаспер? – говорит он с пьяной сварливостью. – Ежели у кого есть насчет Дёрдлса подозрения, так пусть скажет какие.

– Насчет вас, милейший мой мистер Дёрдлс, у меня нет никаких подозрений. Но я подозреваю, что коньяк в моей фляжке был крепче, чем мы оба думали. И еще я подозреваю, – добавляет он, поднимая фляжку с пола и переворачивая ее, – что она пуста.

Дёрдлс удостаивает рассмеяться в ответ на эту шутку. Все еще посмеиваясь, словно сам дивясь своим способностям по части поглощения крепких напитков, он, покачиваясь, бредет к двери и отпирает ее. Оба выходят. Дёрдлс запирает дверь и прячет ключ в карман.

– Тысячу благодарностей за интересную и приятную прогулку, – говорит Джаспер, подавая ему руку. – Вы доберетесь один домой?

– С чего ж бы мне не добраться? – оскорбленно отвечает Дёрдлс. – Вы не вздумайте меня провожать, это уж стыд для меня будет! Дёрдлс тогда и вовсе домой не пойдет.

не пойдет, и все! – Это он произносит крайне вызывающим тоном.

– В таком случае спокойной ночи.

– Спокойной ночи, мистер Джаспер.

Каждый поворачивает в свою сторону, как вдруг тишину прорезает пронзительный свист, за которым следуют выкрики:

И тотчас камни градом летят в стену собора, а через дорогу виден безобразный мальчишка, пляшущий в лунном свете.

– Что?.. Этот дьяволенок опять за нами шпионил? – в ярости кричит Джаспер; он так мгновенно воспламенился и так пышет злобой, что сам в эту минуту похож на дьявола, только постарше. – Убью мерзавца! Изувечу!

Невзирая на беглый огонь, направленный в него и неоднократно попадающий в цель, он кидается на Депутата, хватает его за шиворот и тащит через дорогу. Но с Депутатом не так-то легко совладать. С истинно бесовской хитростью он тотчас улавливает выгоды своего положения, и едва его схватили за шиворот, как он подбирает ноги, и, повиснув в воздухе, хрипит как удавленник, и корчится, и извивается всем телом, словно в последних судорогах удушья. Противнику ничего не остается, как бросить его. Он мгновенно вскакивает на ноги, отбегает к Дёрдлсу и, злобно ощерясь черной дырой, которая зияет у него во рту на месте передних зубов, кричит своему врагу:

– Ты у меня без глаз останешься, вот увидишь! Я тебе бельма-то повыбью, вот увидишь! Так хвачу камнем, что только держись! – При этом он прячется за спину Дёрдлса, выглядывая то справа, то слева и злобно рыча на Джаспера, готовый, если на него бросятся, пуститься наутек, делая скачки во все стороны, как заяц, а если его все-таки настигнут, повалиться наземь и, пресмыкаясь в пыли, вопить: «Ну бей, бей лежачего! Бей!»

– Не троньте ребенка, мистер Джаспер, – уговаривает Дёрдлс, заслоняя мальчишку. – Опомнитесь!

– Он увязался за нами, еще когда мы сюда шли!

– Врешь, и не думал, – огрызается Депутат, употребляя единственно известную ему форму вежливого возражения.

– Он и потом все время за нами подглядывал!

– Врешь, меня тут и не было, – возражает Депутат. – Я только сейчас пошел прогуляться, вдруг вижу, вы оба выходите из собора. А ведь есть же у нас уговор —