Василий Сахаров - Северная война

– Нет. – Я повысил голос: – Поято! Самород! Поднимайте своих воинов!

На глазах изумлённых франков пожухлый травяной покров слева и справа от моего отряда зашевелился, и из-под земли на свежий воздух выползли пруссы и варяги, самые опытные воины моей дружины. Рыцари было вновь схватились за оружие, но де Ге их успокоил и, дёрнув шеей, сказал:

– Так я и думал, что ты прикроешь себя пехотой. Однако сейчас не об этом. Мы входим в лес первыми, а вы за нами следом. Если нападения не будет, на противоположной опушке расстанемся. А если нас начнут убивать, то помоги, это тебе зачтётся.

– Только ты своих рыцарей обозначь, чтобы мои их в сутолоке боя не перебили.

– Как?

– Прикажи разорвать белую материю на полоски, и повязать их на левую руку. Так мы твоих бойцов от вражеских отличим. Ну а нас и так видно.

– Сделаю.

Движение началось через пятнадцать минут. Рыцари двинулись по дороге в сторону леса, и мои воины, к этому моменту получившие инструкции, спешились и последовали за ними. Серебро было отослано в город, и я также вызвал остальную дружину, так что, если Роберт де Ге решил нас подставить, из чащобы он не выберется. Однако вряд ли барон меня обманывал, очень уж ценный груз – королева Алиенора, чтобы им рисковать. Вот поэтому я ему и поверил.

Дым над лесом исчез. Видимо, воинов хеме и варогов вспугнули. Мы вошли в чащу, и вперёд выдвинулась дозорная группа. Облетевшая листва, словно разноцветный ковёр, лежала под нашими ногами. Настороженные взгляды обшаривали кусты и скользили по голым веткам. Врагов почувствовать не удавалось, слишком много рядом людей. Однако они были неподалеку и наверняка наблюдали за идущими впереди рыцарями. На миг я представил, как они удивятся, если нападут, а мы ударим им в тыл. И тут кусты неподалеку зашевелились. Наши арбалетчики приготовились осыпать противника болтами, но это оказался один из хеме, троюродный племянник Калеви Лайне, приземистый крепыш с непривычным для меня именем Тапио.

Хеме выскользнул из кустов, пристроился рядом и, держа руку на коротком мече, быстро зашептал:

– В лесу враги. Триста воинов, и многие из них в белых плащах с красными крестами, а ещё егери, десятка три, все очень опытные и с арбалетами. Они напали на нас и ранили двоих наших. Мы отошли дальше в лес, и егери за нами не погнались, а потом дядя послал меня к тебе.

– Ясно. Где враги устраивают засаду?

– Дальше распадок. – Хеме указал на дорогу. – Идти недолго, скоро на месте будем. Место удобное, так что, наверное, засада будет там.

– Поспеши обратно к Калеви и скажи, что как только бой начнётся, пусть подтягивается.

Тапио огляделся и снова исчез в придорожных кустах. Вроде бы только что был здесь, а через секунду его и след простыл.

– Сотники, – продолжая шагать, обратился я к Поято и Ранко, – воины готовы?

– Да, – коротко ответил прусс.

– Тамплиеров резать нам всегда в радость, – добавил Самород. – Только непривычно рыцарей выручать, но воины понимают, что так нужно.

Молча качнув головой, я продолжал движение. Распадок, о котором говорил Тапио, приближался, и когда до него оставалось метров двести пятьдесят, впереди пропел сигнальный рог, который звал нас на помощь. Пришла пора показать себя и свои умения, и я отдал приказы:

– Пруссы влево! Варяги вправо! Русичи за мной! К бою! Вперёд! Бегом!

Щит был готов принять удары вражеского оружия, и Змиулан что-то шипел и жаждал крови. Ноги понесли меня по дороге, и спустя пару минут во главе дружинников Берладника и степняков я влетел в бой.

На дороге свалка. С обочин на рыцарей короля навалились такие же католики, как и они, и гвардейцы сразу же понесли серьёзные потери. Обе стороны выкрикивали одинаковые кличи, и звенело оружие, а раненые кони ржали и пытались выскочить из кровавой мясорубки, в которую их завели люди. В общем, неразбериха, и если бы не мы, да не белые полоски на дружественных франках, пришлось бы воинам рыцаря де Ге туго, а так ещё и ничего.

Из-за моей спины в противника полетели метательные снаряды, и почти каждый бил в цель, ибо сутолока давала нам преимущество, а затем пришёл черед мечей.

– С нами Бог! – выкрикнул молодой вражеский рыцарь, бросаясь на меня.

– А мы пока сами по себе! – в длинном выпаде вонзая ему в шею клинок, ответил я.

Последнее слово прозвучало в тот момент, когда противник уже разбрызгивал фонтанирующую из перерезанных артерий кровь. И отбросив его ударом левого плеча в грудь, я сцепился со следующим врагом, массивным тамплиером в отличной броне и полутораручным мечом в руках.