Иван Безродный - Массандрагора. Взломщики

Кажется, все серьезно. Ведь купюра и правда раздвоилась. Соломон покосился на банкноты. «Для народного хозяйства, говорите… – вздохнув, подумал он и обвел каморку глазами. Этот «совок» Соломону тоже не был по душе, хотя он и умел абстрагироваться от окружающей обстановки. – А чем черт не шутит?!» – и вслух пояснил:

– Ну это я так… На всякий случай спросил.

– Я понял, – с серьезным видом кивнул Тунгус. – Кстати, ты паяльник в руках держал когда-нибудь, микросхемы паял?

– Было дело, как же без этого, – хмыкнул Соломон. – Хакерам без этого никак.

– А к пиву неравнодушен? Водка, текила, коньяк?

– Все перечисленное.

– А девочки? Слабый пол за попку щипаешь?

– Ну-у…

– Да ладно, все я про тебя знаю, парень! – рассмеялся Тунгус. – Неужели твоя милость думает, что, не пройди ты заочно мой собственноручно составленный психологический тест, я бы к тебе обратился? Да ни в жисть!

Соломон молчал. Он и правда не знал, что ответить. Все это было соблазнительно, даже очень, но что-то его останавливало.

– Ну так что, брат? – с новыми силами насел на него Фаронов. – А то время идет, меня здесь могут застукать. И тогда придется здорово побузить. А у меня есть чем расшевелить ваше сонное общество.

Действительно – нужно было срочно решать. Потому что такой шанс выпадает лишь раз в жизни, и то не у всех, а только у какого-нибудь двойника из параллельной вселенной.

– Я согласен, – ответил ему Соломон. – Давай накормим страждущих.

После этого окружение Павла делилось уже на три параллельные, не пересекающиеся части. Первой была обычная прежняя действительность, теперь уже окончательно пресная и до тошноты неинтересная. Бесперспективная! Друзья, родные, однокурсники – все они уже несколько месяцев казались Павлу наивными простаками, даже близко не представляющими Жизнь, какой она была на самом деле: яркой, разнообразной, полной открытий, неизведанными мирами и безграничными возможностями – тут Караваева была права. Эта реальность и вправду была другой! Сидя в своей подземной метростроевской каморке, Соломон высокомерно считал, что там, наверху, непосвяты дышат практически впустую, зря. Бесцельно. Их кажущаяся мелочность, чуть ли не мышиная возня сама по себе теперь его мало заботила. В редкие свободные часы, разгуливая по Петербургу и разглядывая ничего не подозревающих окружающих, он беззлобно посмеивался над ними: «Муравьи, насекомые, люди каменного века…» Однако считая себя по факту выше, Соломон все-таки не презирал тех, кем сам еще недавно был. Он отлично понимал, что ему всего лишь повезло, пусть и благодаря его хакерским способностям. Павел знал, что ничем физически, да и по уму тоже, не отличается от этих самых прохожих, но он обладал особым знанием, и это знание хакер вскоре собирался использовать! А в наш технологический век разве не информация – царица всего?

Это его Великое Знание должно было… всех спасти! Он, именно он собирался в скором времени опровергнуть посвятовский тезис о том, что технологии Предтеч могли лишь навредить многочисленным человечествам, что не способны обычные люди правильно воспользоваться ими! Соломон совершенно серьезно собирался подтянуть уровень парамиров до посвятовского. Бескорыстно, то есть даром. Своевольно, то есть никого не спросив! Разрушив закрытый, затхлый мирок посвятов, не желающих делиться информацией. Он не был согласен с узурпацией знаний о возможностях Древних каким-то там Метростроем (ну и еще парочкой подобных образований, не суть важно) и даже искоренить «совок» внутри Большого Метро. Рак, засуха и голод, долголетие, энергетические и финансовые проблемы, полеты на Марс, в конце концов, – сколько всего можно было решить одним взмахом руки! Нужно всего лишь желание помочь остальным! Но нет – это доступно только избранным…

Да, Соломон собирался спасти Мультивселенную. Ни больше ни меньше! Новый Спаситель. Новый Супергерой. Потому что хакер мог это сделать, ну или, по крайней мере, надеялся на то, что сможет – с участием Тунгуса, конечно. Лишь иногда где-то в глубине его души начинал шевелиться беспокойный червячок сомнения и совесть ненадолго пробуждалась и что-то ему шептала – но, однако, слишком тихо. Потому что ослепленному желаниями человеку о его ошибках нужно кричать!

Второй частью окружающих были собственно посвяты. До последней встречи с Фароновым Соломон считал их чуть ли не живыми полубогами. И он сам, о чудо, приобщился к их крутому сообществу! Стал его частью! Безмерно доверяя им, Павел ловил каждое их слово, хотел походить на них, думать как они, знать и уметь то же, что и метростроевцы. А потом, может быть, даже превзойти в умениях своих учителей. Но кто мог подумать, что шанс сделать это появится так скоро?! Именно Тунгус дал ему этот шанс, подарил надежду, намекнул на стопроцентный вариант успеха.