Соломон Фенрир - Матрица постапокалипсиса

8

– Оба-на, во залепуха, – небритый помятый мужичок неопределенного возраста с жидким колтуном на голове с удивлением обозревал содержимое своего стартового пакта: автохолодильник на 19 литров в котором лежала литровая бутылка водки «Абсолют», 6 поллитровых бутылок темного ирландского эля, 3-литровая банка с солеными огурцами; упаковка остывшей пиццы в квадратной картонной коробке, лёгкий плащ, пляжные сандалии, армейский полевой бинокль, клизма, скакалка и пластмассовая 30-сантиметровая линейка.

Очнулся он на небольшом уютном пятачке речного утеса. Вокруг не души. Пятачок по дуге огибала небольшая роща откуда слышалось пение птиц. Солнышки греют. Слабый ветерок обдувает. Никто ничего не требует и никуда не гонит. Идиллия. Одна беда – непонятно кто ты и как сюда попал. И в голове как заезженная пластинка крутится только одно "Во залепуха!". Именно это он и сказал, когда интерфейс призывно потребовал от него введения имени. Сразу же после того как он, если можно так выразиться, "официально" стал Залепухой, на него свалилось счастье в виде стартового пакета.

Немного подивившись подарку судьбы Залепуха приступил к пиршеству. Откупорил холодную бутылочку водки, осторожно понюхал, удовлетворенно закатил глаза, улыбнулся и сделал лёгкий глоток. Цифровой алкоголь, приступив к отправлению нервной системы, создал иллюзию приятного тепла. Залепуха удовлетворенно крякнул, занюхал ладонью и сделал второй уже серьезный и глубокий глоток. Как и герой старого фильма он "после первой не закусывал" и хотя после переноса ничего не помнил, но привычки вторая натура, а залепухина натура перенеслась в новый мир в полной целостности.

Сделав третий глоток Залепуха трясущимися руками открыл банку, выловил хрустящий малосольный огурчик и сразу откусил половину, удовлетворенно рыгнул, осоловело и радостно оглянулся вокруг, громко крякнул и непонятно кому крикнул:

– А хорошо, бля, живём!

Из кустов на Залепуху уставился кто-то ушастый, похожий на зайца, захмелевший мужичок подмигнул ему, поднял над головой бутылку как бы подманивая и важно заявил.

– Не, братан, тебе не предлагаю. Ушами понимаешь не вышел.

Толи возмутившись залепухиному хамству, толи из-за отвращения к цифровому пьянству, толи просто из соображений безопасности, но ушастый деятель скрылся в роще, а Залепуха расстелил плащ, поскольку благоразумно предположил, что, уговорив "литру", он вырубится без памяти.

Как не растягивал Залепуха удовольствие, но спустя 3 часа водка была самым бессовестным образом выжрана, большая часть огурцов и половина пиццы съедены, а сам он свалился на плащ и благополучно засопел.

Очнувшись Залепуха опять ничего не помнил, так что можно сказать, что заново очнулся, считай перезагрузился. Очумело повертев головой, он заметил автохолодильник, открыв который увидел 6 бутылок пива.

– Есть Бог на небе, – истово перекрестился Залепуха, хватанул бутылку зубами и яростно вскрыл. По рукам потекла густая и холодная пена. Бутылку он выпил практически залпом. Несмотря на виртуальный характер окружающего мира, процесс отправления алкогольным ядом тут был аналогичен реальному. Разрушенные ядом эритроциты слиплись, что привело к кислородному голоданию мозга из-за чего цифровые клетки стали массово дохнуть, давление в черепе повысилось, башка жутко болела и Залепуху начал мучить сушняк, от которого он и стал "лечиться" пивом.

Выпив третью бутылку, Залепуха заметил банку с остатками огурцов, схватил её и выпил почти весь рассол. Стало чуток легче. Сожрав кусок пиццы Залепуха рухнул на плащ и удовлетворенно выдохнул – жизнь продолжается.

Видимо Залепуха снова задремал, поскольку совершенно неожиданно для себя получил сильный удар в печень. Интерфейс перед глазами вспыхнул, сообщив о потере 10 единиц жизни. Залепуха заполошено вскрикнул и перевернулся на живот, чтобы получить ещё один удар, на этот раз по своей пропитой морде. Перед глазами снова проскочило сообщение о потере нескольких единиц в жизни.

– Не убивай! – заблеял Залепуха и увидел перед собой варвара. Или кого-то сильно похожего на варвара. Здоровенный, плечистый, под 2 метра ростом волосатый мужик с могучей бородой, низким лбом, густыми бровями и тяжелой челюстью тяжелым взглядом буравил Залепуху.

Одет варвар был в шотландский килт и красные гриндера, могучий, бугрящийся мускулами торс скромно обнимала офицерская плечевая портупея, на которой одиноко висел детский школьный ранец. В руках варвар сжимал дубину. Нехорошо так сжимал, не по-братски.