Игнатий Дворецкий - Веранда в лесу

С а ш а. Это я учил Варю врать.

Д е д. Зачем?

С а ш а. Вы должны понять, что в нашем положении это естественно… потому что правда бы вам не понравилась…

Д е д. Интересно. Продолжай.

С а ш а. Вы, например, считаете, что нам что-то делать нельзя, нельзя куда-то идти… но вы часто ошибаетесь.

Д е д. Потому что вы существа исключительные?

С а ш а. Возможно, мы не исключительные… но…

Д е д. Продолжай, продолжай.

С а ш а. Но в каждом из нас живет ощущение собственной исключительности… И это совсем не плохо… Это тоже в какой-то мере двигатель… И если мы куда-то идем и что-то делаем, то, очевидно, соизмеряем со своими силами, с возможностями. Нам тоже надо доверять.

Д е д. Значит, вам я должен доверять, вернее, вам я должен слепо доверяться, а вы мне нет? Какую же роль вы отводите мне?

Мрачно усмехаясь, Саша молчал.

Значит, это не просто вранье? Это теоретически обоснованное вранье?

С а ш а. Выходит, так…

Д е д. Дома ты тоже врешь?

С а ш а. Врал и буду врать.

Д е д. Хочешь сказать, что твоя позиция неизменна? И Варя тоже будет врать?

С а ш а. На мой взгляд, должна. Потому что в ваших руках сила и власть, но вы нас не понимаете.

Д е д. Уходи. Даю тебе пятнадцать минут… и чтобы через пятнадцать минут тебя здесь не было. (Уходит.)

В а р я. Ох, Сашка, что ты наговорил!

С а ш а. Человеку захотелось правды — пожалуйста.

В а р я. Я, конечно, врала… но знаешь, без всяких теорий, мне это просто нравилось. Теперь все будет жутко сложно!

С а ш а. Будешь бояться подходить ко мне?

В а р я (возмущенно) . Сашка! (Смотрит на него молча.) Иди сюда. Ну, сядь, пожалуйста, рядом.

Саша подошел, сел на краешек тахты.

Посмотри мне в глаза.

С а ш а. Ну?

В а р я. В прошлом году я любила ездить на троллейбусе до улицы Кирова… там я пересаживалась и ехала обратно… мимо твоего дома, мимо универмага, мимо твоего сквера… Честно ездила на свидание с твоим сквером и скамейкой! И ни на что не надеялась, понимаешь? Ты один раз сидел там с девчонкой и улыбался ей…

С а ш а. Дурочка одна из медицинского техникума.

В а р я. Это не важно. (Торжественно.) Я тебе хотела сказать… Веришь мне?

С а ш а. Верю.

В а р я. Вот это главное! Обязательно должен быть человек, которому веришь. И я не испугалась деда, понял?

С а ш а (помолчав) . Ну, пойду, меня выгнали. (Поднимается и снова садится.) Почему ты любишь вспоминать наше с тобой несостоявшееся прошлое? Скамейку, сквер…

В а р я. Я и о будущем думаю.

С а ш а. А что о будущем?

В а р я. Что будет, например, через миллион лет.

С а ш а. По земле снова будут ходить бронтозавры.

В а р я (смеется тихо) . Уверен?

С а ш а. Уверен.

В а р я (тихо, лукаво) . А зачем тогда, Сашка, медаль нужна?

С а ш а. Для независимости от дураков. В жизни пока еще много интересного, только человек должен быть во всем независим.

В а р я. Так же рассуждала моя мама. И уехала от нас. Я просто убеждена: человек не может быть независим от других… (Прислушивается.) Ленка пришла…

Они подождали. Пришел К о з л о в.

К о з л о в. Здравствуй, больная.

В а р я (ровно, удивленно) . Здравствуй.

К о з л о в. Здравствуй, Сашка.

С а ш а. Вроде бы в школе видались.

К о з л о в. Забыл.

В а р я (холодно) . Садись.

Козлов сел. Пришла Л е н а.

Л е н а. А, Козлик!

В а р я. Говорят, ты усердно математикой занимаешься?

К о з л о в. Занимаюсь немного.

Л е н а. С доктором наук занимается! От этого доктора нашей школе очень большая польза! Этот доктор с нашей Натальей теперь встречается!

К о з л о в. Общие спортивные интересы.

Л е н а. А я что говорю? Общие спортивные интересы!

С а ш а. Пошел, живите!

В а р я. Позвони.

С а ш а кивнул, ушел.

Ленка, выпусти его, Дед сегодня сердитый…

Л е н а ушла.

К о з л о в (поднимается) . Желаю тебе, Тарасова, быстрее поправиться и, вообще, желаю тебе всего… мне пора.

В а р я. До свиданья.

К о з л о в. Это я тебе сегодня звонил… По автомату… ты меня назвала трусом, я думаю, это правильно.

В а р я. Дело не в том, что ты трус, а ты такой же, как все, мещанин.

К о з л о в. Да, я скорее всего мещанин.

Вернулась Л е н а. Присела скромно.

Л е н а. Я слышала, ты в научное общество поступал?

К о з л о в. Да. Про это забыл рассказать… (Садится.) Это было грандиозное представление… Стояла кафедра, и тип один читал мораль. Если, говорит, к нам приходит девочка и заявляет, что любит кошечек и потому интересуется биологией, мы эту девочку не берем… Все типу аплодировали. Потом сказал: «Когда к нам приходит мальчик и говорит, что хочет синтезировать белок, мы этого мальчика не берем… Открытий не ждем, а научитесь разбираться в природе…» После этого типу не аплодировали.