Игорь Северянин - Полное собрание стихотворений

Лед запылавший!

1911. Март

Я – поэт: я хочу в бирюзовые очи лнлии белой.

Ее сердце запело… Ее сердце крылато… Но

Стебель есть у нее. Перерублю, и…

Белый лебедь раскрыл бирюзовые очи. Очи лилии

Лебедь раскрыл. Его сердце запело. Его сердце

Крылато! Лебедь рвется в Эфир к облакам -

К белым лилиям неба, к лебедям небес!

Небесная бирюза – очи облак. Небо запело!.. Небо

Крылато!.. Небо хочет в меня: я – поэт!

1912

Ив. Лукашу

Голубые голуби на просторной палубе.

А дождинки капали, – голуби их попили.

На просторной палубе голубые голуби

Все дождинки попили, а дождинки капали.

1911

В двадцать лет он так нашустрил:

Проституток всех осёстрил,

Астры звездил, звезды астрил,

Погреба перереестрил.

Оставалось только – выстрел.

1911

Воробьи на дорожке шустрятся.

Зеленеют кудри крокетуса.

Привезли из Остэндэ устрицы

И стерлядей из Череповца.

– Послушайте, вы, с салфеткою,

Накройте мне стол под липою;

И еще я вам посоветую

Не стоять каменной глыбою,

А угостить меня рыбою,

Артишоками и спаржей.

Вы поняли? – “Помилуйте, даже

Очень

И буду точен”.

1911. Май

Я, разлоконив волосы русые,

Ухватила Петьку за ушко,

В него шепнула: “Тебя я скусаю…”

И выпила бокал Клико.

Успокоив его, благоматного,

Я дала ему морковки и чайку

И закричавши: “Всего приятного!”

Махнула серной по лужку.

Муж приехал с последним автобусом,-

Будничный потертый манекен…

Я застонала, и перед образом

Молила участи Кармен!..

1912. Май

Не опоздайте к увертюре:

Сегодня ведь “Mignon” сама!

Как чаровательны, Тома,

Твои лазоревые бури!

“Mignon”!.. Она со мной везде:

И в бледно-палевых гостиных,

И на форелевых стремнинах,

И в сновиденьях, и в труде.

Ищу ли женщину с тоской,

Смотрюсь ли в давнее былое,

Кляну ль позорное и злое,-

“Mignon”!.. Она везде со мной!

И если мыслю и живу,

Молясь без устали Мадонне,

То лишь благодаря “Миньоне”-

Грезовиденью наяву…

Но ты едва ли виноват,

Ее бесчисленный хулитель:

Нет, не твоя она обитель…

О, Арнольдсон! о, Баронат!

1914. Октябрь

Когда проезжает конница

Мимо дома с красной крышей,

В кухне дрожит иконница,

Сколоченная блаженным Гришей…

И тогда я его мучаю

Насмешкою над дребезжаньем…

Убегает. И над гремучею

Речкою льет рыданья.

И хотя по благочестию

Нет равного ему в городе,

Он злится, хочет мести,

Мгновенно себя очортив…

1912. Март

Художники, бойтесь “мещанок”:

Они обездарят ваш дар

Своею врожденною сонью,

Своим организмом шарманок;

Они запесочат пожар

В душе, где закон – Беззаконье.

Страшитесь и дев апатичных,

С улыбкой беззвучно-стальной,

С лицом, постоянным, как мрамор:

Их лики, из псевдоантичных,

Душе вашей бально-больной

Грозят беспросыпным кошмаром.

Они не прощают ошибок,

Они презирают порыв,

Считают его неприличьем,

“Явленьем дурного пошиба…”

А гений – в глазах их – нарыв,

Наполненный гнойным величьем!..

1912. Июль

Веймарн

Изящная, среднего роста,

С головкою bronze-oxide

Она воплощение тоста:

Mais non, regardez, regardez!

Пикантная, среднего роста,

Она героиня Додэ.

Поклонников много, – их до ста

Mais non, regardez, regardez!

Но женщина среднего роста

Бывает высокой еn deux…

И надо сознаться, что просто…-

Mais non, regardez, regardez.

1909. Ноябрь

– Нет, положительно искусство измельчало,

Не смейте спорить, граф, упрямый человек!

По пунктам разберем, и с самого начала;

Начнем с поэзии: она полна калек.

Хотя бы Фофанов: пропойца и бродяга,

А критика ему дала поэта роль…

Поэт! Хорош поэт… ходячая малага!..

И в жилах у него не кровь, а алкоголь.

Как вы сказали, граф? До пьянства нет нам дела?

И что критиковать мы можем только труд?

Так знайте ж, книг его я даже не смотрела:

Неинтересно мне!.. тем более, что тут

Навряд ли вы нашли б занятные сюжеты,

Изысканных людей привычки, нравы, вкус,

Блестящие балы, алмазы, эполеты,-