Дмитрий Мережковский - Полное собрание стихотворений

От горя ты рассудок потерял...

Иль ненависть к врагам – мое безумье?..

Ты не был бы и в счастии добрей.

Увы!..

Вот крик, неведомый для Зевса!

Пусть поживет, – научится всему.

Но мудрым быть ты сам не научился!

О, да! Когда б я был мудрей, не стал бы
И говорить с таким рабом, как ты!

Ты угодить не хочешь Олимпийцу?

Мне есть за что Зевесу угождать!..

Зачем со мной ты шутишь, как с ребенком?..

Нет! ты глупей ребенка, если мог
Надеяться, что тайну я открою.
Ни хитростью, ни пытками, ничем
Из уст моих не вырвет он признанья,
Пока цепей не снимет. Пусть же Зевс
Сожжет меня огнем разящих молний,
Обвеет снегом белокрылых вьюг,
Разрушит мир подземными громами, —
Не покорюсь, не назову того,
Кто должен скиптр отнять у Самодержца!

Подумай же: упрямство не спасет...

Я все решил, я все давно предвидел!

О, если бы хоть горе научить
Тебя могло покорности разумной!

Уйди, оставь! Не убеждай напрасно...
Ты думал, раб, что я паду во прах,
Испуганный угрозой Олимпийца,
Что буду я о милости взывать,
Подняв с мольбой трепещущие длани,
Как женщина, к врагу!.. Нет, никогда!..

Я расточал слова мои бесплодно:
Моления не трогают тебя;
Как юный конь, уздой не покоренный,
Ты в ярости кусаешь удила.
Немудрое упрямство: о, поверь мне,
Развеется, как прах, гордыня тех,
Кто слаб умом, но дерзок и мятежен.
Смириться ты не хочешь, так узнай,
Какой удел тебе готовят боги.
Сначала Зевс в осколки разобьет
Вершины скал небесными громами:
Низверженный, исчезнешь ты, титан,
И в недрах гор, в объятиях гранитных
Задохнешься. Столетья протекут,
Пока ты вновь увидишь свет небесный.
Тогда тебя начнет терзать орел,
Крылатый пес Зевеса, ненасытный.
И, прилетая, будет каждый день
Он вырывать когтями клочья тела, —
Незваный гость на пиршестве кровавом,
Питаясь черной печенью твоей.
До той поры не жди конца страданьям,
Пока другой не примет мук твоих
Страдалец-бог и к мертвым в темный Тартар,
Во глубину Аида, не сойдет.
Мои слова – не тщетная угроза.
Зевес не лжет и совершится воля
Всесильного. Подумай же: покорность
Не лучше ли строптивости твоей?..

Он прав. Смири, смири, титан могучий,
Свой гордый дух и богу покорись!
Послушайся советов добрых: стыдно
Упорствовать в ошибке мудрецу.

Все, что молвил Гермес, я предвидел давно!
Но врагу от врага не позорно
Пасть в открытой борьбе. Пусть же мечет в меня
Бог снопами огней смертоносных,
Пусть Эфир поколеблет раскатом громов,
Пусть такой ураган он подымет,
Чтоб земля содрогнулась на вечных корнях,
Пусть, безумствуя, в буре смешает
Волны моря с огнями небесных светил,
Увлечет в глубину мое тело,
В преисподнюю сбросит, – убить до конца
Он не может меня: я бессмертен!

Это дикий бред безумца!
Разве мог бы муж разумный
Не смирить в таких страданьях
Бурной гордости своей.
Девы, полные участьем
И любовью, удалитесь,
Отойдите, чтобы сердца
Не потряс вам грохот тяжкий
Оглушительных громов!

Неужель совет коварный
Мы исполним? Слушать больно...
Сестры, сестры, не покинем
Одинокого страдальца,
Будем горе с ним делить
И покажем, что измену
Ненавидим всей душой!

Если так, не забывайте
Вы предсказанного мною,
Не корите Олимпийца:
Вы избрали добровольно,
Вы предвидели беду.
Не внезапно, не коварно
Скоро будете, о, нимфы,
Вы уловлены сетями
Неминуемой судьбы.

Исполняется слово Зевеса: земля
Подо мною трепещет.
Загудело раскатами эхо громов,
И блеснули перуны,
Закружилася вихрями черная пыль,
Налетели и сшиблись
Все противные ветры. Смешались в борьбе
Волны моря и воздух...
Узнаю тебя, Зевс! Чтоб меня ужаснуть,
Ты воздвиг эту бурю.
О, Земля, моя мать! о, небесный Эфир,
Свет единый, всеобщий,
Посмотрите, какие страданья терплю
Я от бога – невинный!