Эллен Шелл - Голодный ген

«Мы едим белый рис на завтрак, обед и ужин, — продолжает Вита Скиллинг. — И дело не только и не столько во вкусовых пристрастиях, что бы вам ни говорили. Просто его легко готовить. Сварил на весь день — и все. Куда проще, чем собирать фрукты на участке. А ведь в привозной снеди, поглощаемой в большом количестве, содержится очень много соли и жира. К тому же мы привыкли к сахару — некоторые старики уже не могут пить чистую, неподслащенную воду».

Зная и понимая все это, Вита и сама не избежала тучности, но пока не собирается безотлагательно заняться собственным лечением, хотя и обеспокоена ситуацией. «Диабет — проблема номер один на Косрае. Он, спровоцированный режимом питания, сокращает нашу жизнь», — вздыхает Вита.

Еще бы! Его следствия — поражения сосудов, язвы, кожные абсцессы и в конечном счете патологии сердца, почечная недостаточность и слепота. Раньше диабет был характерен для наиболее развитых регионов, но с недавних пор все больше и больше свирепствует в развивающихся странах. На Косрае 90 % больных, поступающих в хирургическое отделение, имеют осложнения, связанные с этим заболеванием, и часто нуждаются в ампутации конечностей из-за сосудистых нарушений. Случаев почечной недостаточности здесь столько, что местная больница с ними не справляется, а сердечно-сосудистые заболевания распространены по всему острову.

«Люди не хотят замечать опасных симптомов до тех пор, пока дело не зайдет слишком далеко, а потом ждут от нас чуда, — разводит руками Вита. — Они фаталисты; они принимают диабет как нечто неизбежное — ведь одновременно с ними болеют их друзья, соседи и родственники. Иные вообще отказываются от лечения. Дотянут до 55 лет — и каждый прожитый день начинают считать подарком судьбы. Здесь не слишком-то стремятся к долголетию».

Я останавливаюсь у фруктовой палатки, чтобы купить мандаринов. Рядом со мной белокожий мужчина в светлом костюме выбирает плоды папайи. Мы знакомимся. Кен Миклос впервые приехал сюда из Калифорнии в 1995 г. с миссией адвентистов седьмого дня. Остров ему понравился — особенно тем, что здесь можно в тишине и одиночестве заниматься серфингом; местные жители если и бывают на море, то лишь по делу, уж никак не для развлечений. По окончании миссионерского проекта Кен вернулся домой, завершил образование, стал дантистом, но Косрае не шел у него из головы. Через пару лет мистер Миклос окончательно обосновался здесь, открыл практику в государственной больнице, женился на островитянке и с тех пор делит свое время между серфингом и удалением сгнивших зубов.

«Ко мне приводят малышей, у которых молочные зубы буквально изъедены кариесом, — вздыхает Кен. — Приходится удалять. Детей пичкают сластями, чтобы не шумели в церкви. Их поят сладкой водой. Они едят жирные американские продукты. У них дефицит кальция и витамина А. Половина девочек-подростков тучные. Дети больны. Им ампутируют ноги. Ребятишки умирают. Но к этому все привыкли. Стиль жизни очень трудно изменить».

Ожирение на Косрае кажется всеобщим, но впечатление меркнет по сравнению с ситуацией в Науру — крошечной островной республике, расположенной в нескольких сотнях километров на юго-восток. Миллионы лет птицы миллиардами гнездились на небольшом атолле, и тонны их помета — гуано, — просачиваясь сквозь коралл, за века превратились в плотный бесцветный камень, на 85 % состоящий из фосфата. Несколько десятилетий назад фосфоритовые месторождения стали разрабатывать, и островок так сказочно разбогател, что получил у немногих знающих о нем прозвище «тихоокеанский Кувейт». Доходы от фосфоритовых залежей сделали рыбную ловлю бесперспективной, а на пахотных землях, и без того не слишком обширных, разместили техническое оборудование. О сельском хозяйстве и рыболовстве на острове практически забыли. Жители Науру потребляют почти исключительно импортное съестное, привозные безалкогольные напитки и пиво. Богатство подарило населению японские телевизоры, немецкие автомобили повышенной комфортности и австралийское свиное филе, а также худшее, что есть в американской кухне, — консервированные продукты с высоким содержанием жира, соли и сахара. Теперь Науру прочно удерживает мировой рекорд по заболеваемости сахарным диабетом и подагрой, а средняя продолжительность жизни здесь — 55 лет.

Еще остров славится злобностью своих собак и неприветливостью обитателей. На Косрае я познакомилась с музейным работником из Германии, экспертом по культуре Южно-Тихоокеанского региона. Профессиональный интерес привел его в Науру, где он собирался провести примерно неделю, но улетел на следующее по прибытии утро. Музейщик объясняет изменение планов тем, что испугался местных псов, но еще больше — людей: «Они оказались такими агрессивными! И к тому же пугающе толстыми».