Роберт Харви - Освободители

Это был самый невероятный план Боливара. Его офицеры были удивлены и обескуражены, но полковник Рук из батальона Альбиона заявил, что пойдет за Боливаром до самого конца, то есть до мыса Горн. Остальные согласились. Рук теперь стал Боливару кем-то вроде приемного сына, ведь своих детей, несмотря на большое количество любовниц, у него не было.

…Начался один из самых трудных военных походов в истории. Армия Боливара состояла из четырех батальонов пехоты, одного батальона, вооруженного винтовками, войска Паэса и батальона Альбиона — всего тысяча шестьсот человек пехоты и восемьсот всадников. Среди них было много индейцев, в том числе и тех, кто спасся от солдат Пиара, зверствовавших на реке Каруни. Вместе с солдатами в поход отправилось несколько сот женщин. 27 мая на плотах и каноэ они двинулись вверх по реке Араука. Шел такой сильный ливень, что тяжело было дышать. За восемь дней они относительно легко достигли Гуасдуалито. Многие из людей Паэса отказались идти дальше, на равнины Касанаре, которые были затоплены наводнением. Там шли непрекращающиеся дожди и стоял плотный туман. Ужасная влажность и постоянная мгла могли лишить самообладания и здоровья даже самых крепких людей. Большинство из них до сих пор не имели представления о том, куда они идут. Вода достигала до пояса. Оружие и продовольствие промокли. Под ногами хлюпала грязь. Солдаты страдали от пиявок и рыбы карибе — крошечного паразита, пожирающего плоть. Промокшая одежда буквально расползалась на теле. Отдыхали только ночью на скользких от грязи травянистых холмах, окруженных водой. Готовить еду не было возможности. Приходилось питаться сырым мясом.

На плотах солдаты пересекли несколько рек, которые можно было обнаружить только по глубине. Все вокруг было залито водой. Среди всего этого ужаса Боливар на своем коне появлялся то здесь, то там, подбадривая и направляя. С невероятной энергией он помогал переправлять людей и животных. Рук также не унывал. С его длинных рыжих волос и бороды стекала вода. Солдаты батальона Альбиона особенно страдали — они были непривычны к такому климату.

Постепенно земля под ногами становилась суше. Гнетущая мгла рассеивалась. Вдали уже обозначились зеленые, покрытые джунглями холмы и горные хребты. Льянерос никогда прежде не видели гор.

Объединившись с армией Сантандера из Новой Гранады, состоящей из тысячи двухсот человек, двух бригад пехоты и кавалерийского отряда, три дня люди Боливара отдыхали в городке Таме. Едва люди начали приходить в себя, они узнали, что им предстоит труднейший подъем на горные вершины. Боливар раньше говорил офицерам, что экспедиция закончится в предгорьях. Этот обман обескуражил Паэса и Ансоатеги. Они стали подговаривать других командиров свергнуть Боливара, но никто не поддержал их. Тогда по подстрекательству Паэса его всадники дезертировали. Люди были крайне истощены, да и Боливар выглядел не лучше. На нем была голубая туника с золотыми пуговицами и красными эполетами, на голове — шлем русского драгуна. На свое бамбуковое копье он прикрепил знамя, на котором были изображены кроваво-красный череп и перекрещенные кости. Под ними надпись: «Свобода или смерть».

Было всего три маршрута, по которым можно было перейти через горы. Боливар выбрал наименее защищенный испанцами перевал Парамо-де-Писба, ведущий в город Соата и в долину реки Чикамоча. Это был самый высокий и самый трудный перевал. Он находился на высоте тринадцати тысяч футов. Никто не мог даже предположить, что Боливар рискнет провести здесь армию. Люди, только что преодолевшие сотни миль по пояс в воде, теперь должны были карабкаться на крутые холмы и скалы.

Боливар послал вперед отряд под командованием Сантандера. Отряд атаковал гарнизон из трехсот испанцев на перевале Пайя, который предстояло пройти армии Боливара. Испанцы были разбиты. Истощенные люди Боливара покинули Таме и через четыре дня подошли к перевалу Пайя. Армия была на грани мятежа.

С перевала Пайя Боливар докладывал в Ангостуру: «Горы здесь настолько крутые, что трудно описать. Достаточно сказать, что за четыре перехода мы потеряли практически всех лошадей, тащивших наш арсенал, и почти весь скот. Суровое время года очень мешает нам. Дожди идут почти каждый день».

Однако худшее ждало впереди. Предстояло взбираться на Парамо-де-Писба. Солдаты и офицеры роптали. И Боливар едва не дрогнул. В какой-то момент он был готов все бросить, но Сантандер сумел переубедить его, сказав, что предпочтет «верную смерть в задуманной операции против роялистов в Новой Гранаде отступлению в льянос». На самом деле отступление через затопленные наводнением районы было бы еще опаснее, чем продвижение через горные хребты. Один из современных историков описал такую картину: