Даниэла Стил - Клуб холостяков

Кэрол рассмеялась. По ресторанам она почти не ходила. К вечеру она бывала так измотана, что едва хватало сил добраться до дивана. Даже спортзал она частенько пропускала, а ведь спорт был одним из ее любимых занятий.

– Дайте подумать: куда же я обычно хожу? К Мо, на углу 168-й и Амстердам-авеню, за гамбургерами, к Сэлли за ребрышками на 125-ю, это рядом с моей станцией метро, в кафетерий Иззи на углу Западной 99-й и Коламбус. Как видите, я признаю только самые лучшие заведения. Уж и не помню, когда была в приличном ресторане.

Чарли сразу решил, что эту традицию, как и многое в ее жизни, придется ломать, но не за один присест. Ни к чему гнать лошадей, надо сперва оглядеться.

– Боюсь, уровень Мо или Иззи я вам предложить не смогу. А где вы, кстати, живете?

Она замялась, и у Чарли мелькнула мысль, что она живет не одна. Кэрол как будто испугалась, что он за ней заедет.

– В Верхнем Истсайде, в районе 90-х улиц. Район вполне респектабельный, наверное, при ее демократичности ей неловко в этом признаваться, решил Чарли. Он вдруг подумал, что Грей, возможно, был прав, когда предположил, что Кэрол вполне может происходить из консервативной семьи – в отличие от ее воззрений. В том, что касалось ее убеждений, Кэрол не ведала компромиссов. Чарли был готов услышать, что она обитает где-нибудь в Верхнем Вестсайде, а не в Истсайде, но он не стал проявлять излишнее любопытство. Он чувствовал, что она смутилась. Чарли неплохо разбирался в женщинах, он был куда опытнее Кэрол, которая понятия не имела, что у него на уме и насколько он искушен в любовных делах.

– Я знаю одно симпатичное итальянское заведение на 98-й улице. Как вам такой вариант? – предложил он.

– Отлично. Как называется?

– «Стелла ди Нотте». Оно, правда, не настолько романтично, как его название. Это переводится как «Ночная звезда», но вообще-то это игра слов: Стеллой зовут хозяйку, она же и готовит, а весит она фунтов триста, наверное. Необъятная особа, зато пасту готовит – пальчики оближешь! Все сама делает.

– Очень заманчиво. Значит, там и встретимся. Чарли опешил, он не ожидал такого поворота.

Он утвердился в подозрении, что у Кэрол есть друг или муж. Это надо выяснить в первую очередь.

– Может, я лучше за вами заеду?

– Нет, – коротко ответила она. – Я пройдусь пешком. Целыми днями за столом сижу. Мне полезно пройти хотя бы несколько кварталов. Хоть мозги прочищу.

Теперь Чарли был почти уверен, что какой-нибудь тридцатипятилетний красавец лежит на диване в ее квартире и без конца щелкает пультом телевизора, поджидая ее возвращения.

– Тогда до встречи. Половина восьмого устроит? Успеете прийти в себя после работы?

– Отлично. Завтра у меня последняя группа в четыре тридцать, так что к половине седьмого буду дома. Надо полагать, можно не наряжаться? – Кэрол вдруг занервничала. Она почти никогда никуда не ходила и уж точно никогда не наряжалась. Вдруг он ждет, что она явится в маленьком черном платье и с ниткой жемчуга? Ни того ни другого у нее не было. И покупать для этого случая она ничего не собиралась. Он, пожалуй, полагает, что она бросится в магазин за новым нарядом. Но это же деловая встреча! Для него она наряжаться не станет. И вообще, ради него она не собирается менять свой образ жизни, сколько бы денег ей ни отвалил его фонд. От некоторых вещей Кэрол давно и решительно отказалась и возвращаться к ним не собиралась. Выходная одежда была из этого ряда.

– Нет, можно не наряжаться, – успокоил ее Чарли. – Если хотите, можете хоть в джинсах прийти. – Но в душе он надеялся, что до джинсов не дойдет. Он бы охотно полюбовался на нее в красивом платье.

– Я так и поступлю. Наряжаться у меня просто времени не будет. Я вообще никогда не наряжаюсь. У нас все по-честному.

Похоже на то. Джинсы и кроссовки. Что ж, ничего не попишешь. С одеждой разобрались.

– Тогда я тоже, – поддакнул он без энтузиазма.

– Но там вы по крайней мере можете часы не снимать, – пошутила Кэрол, и он рассмеялся.

– Вот жалость-то! Я их как раз вчера в ломбард снес.

– И много дали? – в тон ему спросила она. Да он симпатичный парень. Она уже невольно предвкушала приятный вечер. Кэрол уже четыре года не была в ресторане с мужчиной. Сегодня она сделает исключение ради одного делового ужина. Одного, твердо решила она.

– Двадцать пять баксов, – ответил Чарли.

– Неплохо. Значит, до завтра? – попрощалась она и положила трубку. И тут его словно пронзила молния. Уж не спятил ли он, в самом деле? Что, если джинсы с кроссовками – это знак? И эта рослая женщина викингов с сердцем Матери Терезы живет не с мужчиной, а с себе подобной? Может же она оказаться лесбиянкой! А он-то, он-то! Надо же быть таким тупым! В ее случае все возможно, она ведь женщина незаурядная.