Валери Боумен - Любовь срывает маски

– Еще бы не знать! Всю жизнь мечтала получить именно первое издание, хотя знала, что это – огромная редкость. Как же все-таки вам удалось найти эту книгу?

Гаррет знакомым жестом запустил пятерню в волосы.

– А вы всегда так настойчиво любознательны, когда вам дарят подарки?

Джейн бережно опустила драгоценность на одеяло.

– Мне действительно очень интересно. Больше того, не выпущу вас из комнаты до тех пор, пока не признаетесь, где и как добыли редкое издание.

– Как прикажете. Моя матушка купила книгу сразу, как только первый тираж появился на прилавках. А когда я вырос и поумнел, дала и велела прочитать.

– Не зря я всегда восхищалась тетушкой Мэри. Но скажите честно: вы действительно прочитали? – Джейн безвольно уронила руку. – Ах, кажется, впервые в жизни мне потребуется нюхательная соль!

– Сомневаюсь. – В голосе послышалась усмешка.

– Вы прочитали Мэри Уолстонкрафт с начала и до конца?

– Дважды.

– О, небо! Скорее несите нюхательную соль! Голова кружится!

Гаррет снисходительно кивнул.

– А после того, как вы упали с лошади, съездил в свое поместье и привез книгу… вам.

Невероятно!

– Съездили в свое поместье и привезли мне?

Гаррет изобразил тяжелый вздох.

– Поначалу мне казалось, что неприятность приключилась с ногой, а не со слухом.

Джейн прижала ладони к щекам.

– Честное слово, потрясена до глубины души. Понятия не имела, что права женщин вызывают у вас хотя бы малейший интерес.

– Представьте себе, вызывают. «Добродетель способна процветать только среди равных». Разве не справедливо сказано?

Джейн едва не взвизгнула от избытка чувств. Сердце трепетало, как овечий хвост.

– А теперь вы еще и цитируете! – Она прижала ладонь к груди. – О, ради Бога, помилуйте! Я вряд ли сумею пережить то немыслимое обстоятельство, что у вас есть первое издание Мэри Уолстонкрафт, но знать книгу наизусть – это выходит за пределы разумного.

Гаррет рассмеялся.

– Честное слово, я не пытался запомнить каждое слово, а просто…

– Нет. Нет. Не отрицайте. Выкрутиться не удастся. Вы знаете, а теперь и я знаю, что вы знаете. И нам уже никогда не удастся вернуться к прежним представлениям друг о друге.

– Могу ли надеяться, что вы больше не считаете меня простаком, которого интересуют только выпивка и карты?

Джейн взглянула серьезно, сжала губы и на миг задумалась. Да, именно так. Мнение о джентльмене претерпело значительную метаморфозу.

Она глубоко вздохнула.

– Полагаю, что вынуждена признать, хотя и с огромной неохотой: больше не считаю вас простаком, которого интересуют только выпивка и карты.

– Никогда не думал, что услышу подобный ответ, – заметил Гаррет ровным, бесстрастным голосом.

– Наверное, все когда-то случается впервые. – Джейн с огорчением услышала, что говорит хрипло и растерянно. И с какой стати пальцы постоянно теребят одеяло? Апплтон превращает ее в жеманную барышню.

– Можно ли надеяться, что на самом деле вы не настолько плохо ко мне относитесь, как пытаетесь показать? – робко спросил он.

Джейн позволила губам изогнуться в подобии улыбки.

– Это всецело зависит от вас.

– В каком смысле?

– От того, согласны ли вы признать, что на самом деле не настолько плохо ко мне относитесь, как пытаетесь показать.

Даже без очков Джейн поняла, что Гаррет улыбается: почувствовала улыбку всем своим существом.

– С удовольствием признаю, – ответил он.

– Прекрасно. В таком случае и я тоже признаю. А еще должна вас поблагодарить.

– За что?

– За помощь. Вы меня спасли.

– Всегда готов служить, миледи. А взамен попрошу об одном маленьком одолжении.

Пальцы замерли на одеяле, а сердце пропустило пару ударов. Одолжение?

– О чем же именно?

– Зовите меня по имени: Гаррет.

Вчера он принес книгу. А сегодня… цветы. Проклятые цветы. Хрестоматийные, воспетые поэтами цветы. Интересно, она рассмеется? Начнет иронизировать? Черт возьми! Гаррет не знал, какой реакции ожидать. В этом году сирень расцвела рано; он вышел в сад и нарвал большой букет. Дафна Свифт помогла найти красивую атласную ленту, чтобы связать стебли, и вот теперь он нес свой дар Джейн. Гаррет покачал головой. Цветы? Он определенно превращался в ходячую версию безвкусной поэзии.

Гаррет остановился перед дверью и задумался. Скорее всего, насмешек не избежать. Джейн остра на язык, а у него в руках банальные цветы. Впрочем, Дафна заверила, что все леди без исключения любят цветы, даже мисс Лаундз.