Катрин Куксон - Бесконечный коридор

Услышав, как Лорна сказала: "Пожалуй, я пойду спать, папочка", он тут же произнес:

- Да, да, милая моя, так будет лучше всего. Иди - скоро я к тебе поднимусь. Ступай, родная моя. - Он обнял и поцеловал девочку. - Все образуется, вот увидишь. Потерпи немного.

Лорна подошла к Дженни, на мгновение прижалась к ней, а потом повернулась и быстро выбежала из гостиной - совсем не взрослая, как говорила Джинни, а самый настоящий ребенок, невольно подумал Пол.

Оставшись вдвоем с Джинни, Пол заговорил не сразу. Вместо того, чтобы спросить, почему она решила ехать домой, он, напрочь забыв про желание соблюсти осторожность, вдруг выпалил:

- Ты ведь считаешь, что я виноват в смерти Бетт, да?

Дженни ответила едва ли не минуту спустя:

- Нет, не ты - я.

- Господи, но ведь это полная чепуха! - взорвался Пол. - Все эти годы ты, наоборот, делала все, чтобы помочь ей. Никто не сделал ей столько добра, сколько ты.

- Да, если не считать последних дней, когда она нуждалась во мне больше, чем когда бы то ни было. - Дженни повернулась к нему, глядя прямо в глаза. - Пол, я не хотела уезжать. Более того, в последний миг я чуть не отказалась в самолет садиться; у меня было дурное предчувствие. Теперь могу тебе признаться: перед самым расставанием мы с Бетт страшно поссорились, но потом, подумав, я поняла, что причиной послужила её болезнь - Бетт чувствовала себя обманутой, брошенной и никому не нужной. Я дважды звонила тебе - хотела сказать, что мы возвращаемся, - но так и не смогла дозвониться. А теперь, - Дженни развела руками, - вина за смерть Бетт останется со мной на всю жизнь.

Пол приблизился к ней вплотную.

- Джинни, - произнес он мягко, почти нежно. - Поверь мне, я прекрасно тебя понимаю, ведь и меня совесть мучает, но со временем все этой пройдет так уж люди устроены. А тогда мы поймем, что вовсе не все ещё потеряно, что наша жизнь продолжается.

- Ты так думаешь? - спросила Дженни, пристально глядя ему в глаза. Ты и в самом деле так считаешь? А вот у меня что-то не получается.

- Получится.

- Сомневаюсь. - Губы её дрожали, а пальцы нервно теребили пуговицы на пальто. Потом она зажмурилась, а из глаз выступили и медленно скатились по щекам две крупные слезинки.

- Джинни! Ну что ты, Джинни? Не плачь, пожалуйста, умоляю тебя.

- Ты... Ты понимаешь, каково мне? - пробормотала она, всхлипывая. Это невозможно объяснить, но тогда, когда она была жива, я чувствовала себя ближе к тебе, чем теперь. А с ее... смертью между нами образовалась пропасть, и я даже не представляю, удастся ли когда-нибудь преодолеть её.

Пол взял её руки и прижал к своей груди. Глядя на её милое заплаканное лицо, он вдруг совершенно отчетливо ощутил, что с ней и только с ней связаны все его надежды на мирную жизнь и то немногое счастье, которое могло в ней остаться. Он вдруг понял, что именно Джинни недоставало ему всю жизнь, и именно она была ему остро нужна в эту минуту. Вместе с тем Пол понимал, что всякое неосторожное слово или поспешный жест могут сейчас оттолкнуть от него Джинни и, возможно - навсегда.

- Когда... её похоронят?

- В понедельник.

Дженни высвободила руки и, повернувшись, медленно зашагала к двери.

- Я хочу как можно быстрее начать работать, - проронила она.

И вновь Полу пришлось сделать над собой усилие, чтобы не совершить непоправимую ошибку. И все же он не удержался и сказал:

- Если хочешь, Джинни, то здесь тебя уже давно дожидается работа.

Она остановилась, но ответила через плечо:

- Спасибо, Пол.

Он спросил с колотящимся сердцем:

- Как ты относишься к тому, чтобы устроиться на нее? За домом присматривать и... за нами?

- Нет, я не могу. Но... спасибо.

И снова Пол не удержался, чтобы не спросить:

- А потом? Может быть - позже?

- Не думаю, Пол. Вряд ли. Только не упрашивай меня сейчас, ладно? Мне слишком плохо...

Когда Пол, вновь приблизившись к ней, снова взял её за руку, Дженни подняла на него покрасневшие, заплаканные глаза, и он вдруг увидел в них невыразимые горе и муку, накопившиеся в её исстрадавшейся душе за все эти годы. Дженни казалось, что всю жизнь она мечтала о том, чтобы этот прекрасный огромный мужчина ответил на её любовь. Ей постоянно приходилось вести мучительную неравную борьбу, укрощая свои ревность и зависть к Бетт. Она думала, что стоило Полу лишь раз взглянуть на неё своими нежными глазами, хоть раз поцеловать и приласкать её, и она была бы счастлива до последнего вздоха. И вот теперь он стоял перед ней, предлагая ей все то, о чем она даже не смела мечтать, а она... не могла принять его предложение. И, наверное, никогда не сможет. Ведь он не знал, не мог знать, что она, как и Лорна, втайне проклинала Бетт, искренне желая ей провалиться сквозь землю.