Катрин Куксон - Бесконечный коридор

Когда Пол вошел в холл, зазвонил телефон. Сняв трубку, он услышал голос Джона Прайса:

- Привет, Пол! Это я.

- Да, Джон. Откуда ты?

- Только что от Бересфорда вернулся.

Немного помолчав, Пол произнес:

- Я по-прежнему считаю, что тебе не стоило этого делать, Джон, но, коль скоро ты побывал у него - как прошла встреча?

- Очень даже хорошо, вопреки моим ожиданиям. Теперь, когда он все знает, мне кажется, все должно повернуться по-другому.

- Ты уверен?

- Да.

- Но... Что ты имел в виду, говоря, что он теперь все знает? Надеюсь, ты не все ему рассказал?

- Нет, ровно столько, сколько было необходимо.

- Про Бра... Про этого парня не рассказал?

- Нет. В том смысле, что никакие имена в разговоре вообще не всплывали.

Пол чуть задумался, затем спросил:

- А что, если он проговорится?

- Нет, - убежденно ответил Прайс. - Тут уж я готов за него поручиться. В конце концов, Пол, что бы ты про него ни думал, он - настоящий врач, и прекрасно понимает, что такое профессиональная тайна.

- Что ж, Джон, поверю тебе на слово. И я тебе очень благодарен, старина - ты меня здорово поддержал. Что же касается Бересфорда, то я, видимо, попросту предубежден против него.

- Ты в этом не одинок, Пол. Впрочем, свои положительные качества есть и у него. Я,кстати, прощупал его насчет нового поста.

- И что? - спросил Пол.

- Разумеется, он поддерживает кандидатуру Ранкина, однако, судя по его словам, он по-прежнему убежден, что и ты собираешься баллотироваться. И вот ещё кое-что новое: сэр Дэвид Купер подал в отставку, а в Совет на его место принят Баксби.

- Баксби? Из Академии?

- Он самый.

- О, я его прекрасно знаю.

- Замечательно. Ну так что ты теперь скажешь? Не передумал еще?

После продолжительного молчания Пол ответил:

- Да, Джон, я, пожалуй, попробую попытать счастья. После нашего последнего разговора я многое передумал и пришел к выводу, что главное дял меня сейчас - это работа.

- Правильно, старина. Я очень рад... Ну что, может, все-таки заскочишь к нам?

- Нет, Джон, спасибо, я уже сказал Мюриель, что сегодня не смогу. Мэгги уехала в Ньюкасл, а кто-то должен отвечать на звонки. Между прочим, с завтрашнего дня я уже работаю по полному графику. Еще раз спасибо, Джон. Завтра я к вам непременно заеду.

- Прекрасно. Еще раз повторяю: я очень рад, что ты одумался. Спокойной ночи, Пол.

- Спокойной ночи, дружище.

Положив трубку, Пол направился было в гостиную, но вдруг сообразил, что проголодался. Завернув на кухню, он сразу заметил на столе разложенный прибор и догадался, что Мэгги оставила ему что-то в духовке. Открыв дверцу, он учуял волшебный аромат: жареный цыпленок с карри. Любимое блюдо Мэгги. Рядом стояла ещё миска с рисом. Погрузив еду на поднос, Пол отправился в гостиную.

Минут двадцать спустя, воздав должное вкуснейшей пище, он возвратился на кухню и уже начал мыть посуду, когда в дверь вновь позвонили.

Недоумевая, кого в столь поздний час принесла нелегкая на этот раз, он отпер дверь и тут же оказался в объятиях Лорны. За спиной девочки, сжимая в руках небольшой чемоданчик и сумочку, стояла Дженни.

- О, папочка! Папочка!

Пол застыл как громом пораженный. Прижимая Лорну к себе и гладя её по волосам, он не мог оторвать глаз от Дженни, которая молча вошла и поставила чемоданчик на пол.

- Почему вы мне ничего не сказали? - с трудом выдавил он.

Дженни недоуменно переспросила:

- Не сказали тебе? Это ты почему ничего не сообщил нам?

Пол закрыл дверь. Он не доверял собственному голосу. Обняв уже в открытую плакавшую Лорну, он повел её в гостиную, а, проходя мимо Дженни тихонько пробормотал:

- На то были свои причины.

В гостиной он усадил плачущую девочку на диван, а сам уселся рядом и начал снова гладить её по волосам, приговаривая:

- Ну не плачь, моя родненькая. Успокойся, пожалуйста.

- Боже мой, папочка, как это страшно! И почему все так вышло? - Она подняла к нему замурзанное личико. - Что же нам делать, папочка?

- Да, малышка, это ужасно. Даже не знаю, что тебе сказать. Постой-ка, ты даже пальто не сняла.

Взяв Лорну за руку, он помог ей встать и подвел к камину и придвинул кресло.

- Вот, садись, а то до костей промерзла. Совсем в ледышку превратилась. Когда же вы выехали?

- Сегодня утром, в десять часов.

- А как... вы узнали?

Лорна не ответила, повернув заплаканное лицо к Дженни, которая вошла и остановилась в дверях. Однако Дженни ответила не сразу. Она подошла к дивану, уселась на самый краешек, а потом, глядя на Пола, заговорила безжизненным голосом: