Юрий Силоч - Постмортем

— Точно так, ваше благородие! — быстро закивал сержант. — Вот улица Кожевников, где мы и стояли.

— Тогда где Кривоколенный переулок? Мы должны сейчас стоять прямо на нём!

— Не могу знать! — сержант одновременно вытянулся во фрунт и выпучил глаза, изображая усердие. — Виноват!

Ближайшие солдаты, разумеется, слышали этот разговор и хмурились.

— Начинается веселье… — капитан снова взглянул на карту. Картина на бумаге никак не сходилась с реальностью. Можно было бы сориентироваться по длинному зданию, подписанному, как «Конюшни мастера Меркендорфа», но ничего даже отдалённо похожего на конюшни в поле зрения капитана не попадало.

— Ай, да ну их… — командир гвардейцев сложил бесполезный лист бумаги и сунул его во внутренний карман. Офицер мог быть глуп как чугунное ядро, но нерешителен перед подчинёнными — никогда. — Командиры взводов — ко мне!.. — спустя несколько секунд перед ним выросли молодые хрустящие лейтенанты, с большинством из которых он вчера играл в вист. — Слушай мою команду! Устранить бар-рдак! — прорычал он. — Не гвардия, а стадо идиотов! Разбиться повзводно! По моей команде идём в левый переулок! Первым пойдёт… — взгляд нашёл юного наглеца с острым кадыком и золотистыми кудрями, выбивающимися из-под кивера. — Взвод Этельена. И ради Темнейшего, постарайтесь держать хотя бы жалкое подобие строя! Выполнять!

«Будешь знать, как выигрывать у командира, — со злорадством подумал капитан, когда офицеры разбежались и принялись собирать своих людей в кучу. — Восемьдесят крон! Чуть без штанов не оставил, щенок».

До ушей капитана на секунду донеслись странные звуки, которые он сначала принял за отдалённые хлопки выстрелов, но затем понял, что это дождь застучал сильнее по жестяному карнизу.

Этельен при помощи сержантов быстро навёл порядок и принялся выводить людей с площади. У остальных дела тоже продвигались неплохо — люди группировались и рота снова стала похожа на роту, а не на «стадо идиотов». Гвардейцы успокоились, получив чёткие приказы, а значит перед ними больше не маячила тревожащая неопределённость. Выполняй команды — и дело в шляпе, а думает пусть тот, у кого эполеты красивей.

«Ничего-ничего, — с удовлетворением подумал капитан. — Главное дойти до замка — а там…»

В следующую секунду его голова вместе с кивером, пошитым в лучшем военном ателье Гримхейма, превратилась в пылающий шар.

Жутко завопив, капитан схватился за голову, пытаясь сбить огонь, но ничего не добился, если не считать обожжённых ладоней. В следующую секунду несколько рук подхватили его и опрокинули на землю, хорошенько макнув головой в ближайшую грязную лужу.

Солдаты загудели, раздалось несколько выстрелов — и следом за ними очередной жуткий вопль.

— Ха-ха-а! — раздался сверху хриплый пропитый голос. — Так им, Вольфганг! Так им! Выпускайте мертвяков? Где мертвяки?

Дезориентированный капитан вырвался из рук спасителей, которые от усердия его едва не утопили. Голову продолжало невыносимо жечь, а левый глаз заплыл и ничего не видел, но одного правого хватило на то, чтобы разглядеть, как через правый проход вываливаются оборванные полуистлевшие мертвецы, сжимающие в руках топоры, серпы, вилы и дубины. По мосткам над ними промчалась, сгибаясь, фигура в развевающейся мантии. Солдаты снова выстрелили, но поздно — чародей успел скрыться, перед этим метнув раскалённую каплю в гвардейцев. Снова закричал обожжённый, но на этот раз не он один — жуткие мертвецы, размахивающие оружием, врубились в строй солдат, которые принялись кое-как отбиваться штыками. Несколько хилых мертвяков сразу же разлетелись на куски от ударов, но тут гвардейцам в спину ударила очередная огненная капля — разбилась вдребезги о спину одного из солдат, моментально поджигая его мундир и мундиры тех, кто попал под брызги пламени.

— Окружили! — заверещал кто-то рядом. — Окружили!..

— Стоять! — со всей мочи рявкнул капитан, но слишком поздно. Бойцы авангада сломали строй и попятились от атакующих мертвецов, бросая горящих сослуживцев, а задние ряды, услышав про окружение, без приказа ломанулись назад, в сторону города.

В небо взмыли яркие языки колдовского пламени: это моментально, как спичка, занялся один из домов.

Рота снова превратилась в толпу. Люди метались под огнём, давили друг друга, стреляли куда попало, бросали оружие и разбегались кто куда. Как бы ни орал капитан, как бы ни выкрикивал имена лейтенантов и сержантов — паника управляла людьми куда эффективнее, чем он. И её единственный приказ — спасаться любой ценой — гвардейцы исполняли со всем прилежанием.