Юрий Силоч - Постмортем

— Прекрасное зрелище, — проурчал демон. — Смотрел бы на это целую вечность.

— Ты неплох, — выдавил Тальф сквозь всхлипывания. — Очень неплох. Но недостаточно. Можешь… О боги, как же плохо!.. Можешь наслаждаться моим видом, но если хочешь меня сломать, этого явно недостаточно. Я… — магистр зашёлся в горьких рыданиях, которые разрывали грудь и разъедали глаза. — Я-то всё равно знаю, что это обман. И спасибо, кажется, мне даже немного полегчало.

Тальф не стал говорить, что давить на чувство никчемности человека, который уже давно чувствует себя никчемным и кое-как научился с этим справляться — сомнительная стратегия.

— Ха! — возмутился демон. — Обман? Ты уверен? Конечно, проще спрятать голову в песок, а не взглянуть в глаза реальности. А что, если я покажу тебе?

— Можешь показывать что угодно, меня это не… — начал говорить юноша, но в следующий миг вдруг почувствовал необыкновенную лёгкость.

Глаза не видели ничего, кроме густой бесконечной темноты, а голова кружилась, но в то же самое время закрадывались подозрения, что глаз и головы в этой реальности не существует. Не успел Тальф ничего подумать, как вдруг заметил, что к нему приближается что-то невероятно огромное, размером с целую реальность. Пронизанный тонкими полупрозрачными нитями пузырь разрастался до тех пор, пока в нитях не стали различимы точки, которые оказались спиральными скоплениями других точек, которые, в свою очередь, оказались гигантскими огненными солнцами.

Будь у волшебника физическое тело, то он бы, наверное, закричал от смеси ужаса и удивления, но тела не было — и оставалось лишь смотреть, как бесчисленные огни уносятся вдаль.

Полёт закончился болезненно и резко — Тальфа изо всех сил впечатало в малюсенькую песчинку. Мелькнули перед глазами сине-зелёные пятна — и уменьшение закончилось.

Демон не поскупился на зрелища: Тальфа кидало то туда, то сюда, он витал призраком над Гримхеймом и слышал всё, что так или иначе его касалось — все оскорбления, насмешки и колкости, все переговоры, в которых обсуждали, как он никчемен и как бы его убрать, чтоб не мешался под ногами. Он видел, как уходил из дворца Атис, раздосадованный отменой Закона Карла Славного, он был свидетелем разговора Жози, которая проговорилась, что подумает над объединением с фон Веттином — ведь Тальф, хоть и друг ей, но всё провалит и нет шансов, что из него на посту магистра выйдёт что-то путное. И завершилось всё мыслями Кассиана, которые тот быстро закрыл, как только почуял чужое присутствие — ректор думал о Тальфе лишь как о способе подобраться поближе к королеве, а значит, к казённому золоту, власти и влиянию. На самого юношу ему было глубоко плевать.

Очередной взлёт и облака где-то далеко внизу — белые, мягкие и притягательные, как чистое постельное бельё после долгого и трудного дня.

Мир уменьшился до размеров песчинки, пронеслись в обратном порядке звёзды и их скопления, мириады галактик превратились в нити — и реальность вновь сжалась в яркую светящуюся точку, которая отдалялась до тех пор, пока не погасла вовсе.

Вернулось зрение, но порадоваться этому Тальф не успел, потому что вместе с ним вернулась подавленность и желание раствориться в воздухе, чтобы больше никому ничем не навредить.

— Что скажешь теперь? — ухмыльнулся демон. Все отростки на его морде подёргивались от удовольствия.

— Скажу, — Тальф безуспешно пытался вытереть слёзы, которые лились, как из фонтана, — что видел картинки и поинтереснее.

— Ха! — чудовище хлестнуло хвостом по куполу, вызвав нечто похожее на праздничный салют. — Я переоценил тебя. Надеялся, ты будешь умнее и поймёшь, что всё, виденное тобой — правда и происходит прямо сейчас.

— Даже если и так, мне не впервой кого-то разочаровывать, — юноша пожал плечами.

— Что ж, ладно, — демон пожал тем, что было у него вместо плеч. — Тогда я просто заставлю твой мозг закипеть и вытечь через уши. Было приятно поболтать.

В макушку Тальфа будто молния ударила. В глазах потемнело, кричащий магистр рухнул на землю, как подрубленный и схватился за голову.

— Нет-нет-нет!.. — вопил он, но боль лишь усиливалась. — Стой! не надо! — юноша буквально чувствовал, как разрушается его тело. — Давай… Давай договоримся!..

Стоило ему лишь произнести два этих слова, как боль тут же отступила.

— Надо же, — снова облизнулся демон. — А ты можешь быть благоразумным.

— Чего же ты хочешь? — чудовище всем видом выражало заинтересованность, как овчарка, почуявшая кусок мяса в руках хозяина.