Юрий Силоч - Постмортем

— Нет, это пирожки с фаршем, которые продаёт один уличный торговец. Оказалось, от них такой же эффект, как от собачьего мяса. И пожалуйста, — Тальф постарался быть максимально убедительным, — если у тебя есть какие-то догадки насчёт их начинки — оставь их при себе, я не хочу знать.

— Как скажешь, — пожала плечами удивлённая Жози. — А конфеты зачем? — она кивнула на коробку «Вкуснейшей шоколадной фантазии г-жи Брюмер». — Тоже для ритуала?

— Да. И убери от них руки! Когда всё закончится, мне нужно будет как-то восполнить силы, — убедившись, что сладостям ничто не угрожает, Тальф принялся мазать ступни отборным речным илом, который пах сильнее, чем все похороненные в этом склепе колдуны, если их подержать на солнце.

Парой минут позже, не чувствующий ног от холода, он стоял на коленях, внимательно вглядываясь в кристалл соли. Пирожки подействовали лучше некуда — желудок стонал и молил о смерти.

Жози с курильницей, источающей можжевеловый дым, ходила вокруг печати по часовой стрелке и читала с бумажки заклинание, которое дал ей Тальф. Королева безбожно путала ударения абсолютно в каждом слове, и это никак не давало сосредоточиться.

Против часовой стрелки со второй курильницей в зубах бегал Клаус, который очень смешно задирал голову и вскидывал передние лапы. Заклинание читать по понятным причинам он не мог, но хмыкал вполне убедительно.

Буравя взглядом кристалл, Тальф делал пассы руками, накручивал на пальцы раскалённые нити чистой энергии и читал своё заклятье:

— Аш-шур-нигура-триали-Жози-ударение-всегда-на-последний-слог!.. Опять заново, эх… Аш-шур-нигура-триали…

Наконец-то получилось сосредоточиться и Тальф полностью включился в ритуал. Граница перехода в сложных обрядах всегда была хорошо заметна: вот секунду назад мысли путаются, а слова вспоминаются с трудом, а вот уже голос льётся уверенным потоком и мысли в голове ходят строем как вышколенные солдаты на параде. Стоит лишь поймать нужный настрой, влиться в поток — и дальше вселенная сама поведёт по нужной тропе. Слова заклинания полились изо рта сами — и иногда от голоса колдуна вздрагивал в ужасе камень, вспоминавший, когда и из чьих уст он слышал этот язык в последний раз.

Это повлияло и на Жози — глаза девушки остекленели, ударения вернулись на свои места, а произношение слегка изменилось: из него будто пропал акцент. Кроме того, она больше не смотрела на листок.

В теле колдуна забурлила невиданная энергия. Радость, эйфория, лёгкость, небывалый прилив сил — казалось, что он сейчас оторвётся от пола и взлетит. Молодой человек мельком взглянул вниз и понял, что действительно повис в нескольких дюймах от пола.

— Кровь! — прорычал Тальф чужим голосом. Королева бросилась к глиняному кувшину и выплеснула содержимое внутрь печати.

Раздалось шипение, будто на раскалённую сковородку бросили кусок рыбы — и это же сравнение подошло бы для заполнившего склеп запаха. Кровь мгновенно превратилась в алый туман, а в кристалле соли, который гипнотизировал Тальф, появился крошечный зелёный огонёк. Некромант всмотрелся в него до рези в глазах, постарался зацепиться и резко мотнул головой, будто выдёргивая его наружу.

«Сработало!» — очутившись на свободе, огонёк вспыхнул ярче солнца. В мгновение ока он втянул в себя кровавый туман, сжался в точку — и тут же взорвался ярко-зелёной волной, которая прокатилась по всему склепу и погасла, впитавшись в камень.

В следующую секунду силы покинули Тальфа, оставив внутри чёрную гнетущую пустоту. Пол больно ударил по пяткам и юноша, пошатнувшись, не удержался и свалился на холодный камень.

Жози бросилась к нему и зачем-то попыталась поднять.

— Оставь, — слабым голосом попросил Тальф. Он почти ничего не видел и не чувствовал — голова кружилась, а все были ощущения были приглушёнными, будто тело ему не принадлежало. — Лучше конфету дай.

После третьей съеденной колдуном конфеты Жози заозиралась и спросила, указывая на саркофаги:

— У нас же всё получилось?

Тальф пожал плечами и закинул в рот очередную «шоколадную фантазию»:

— Не знаю.

— В смысле «не знаю»? — удивилась Жози.

— В самом прямом, — челюсти еле-еле ворочались, сил одно одновременно говорить и жевать не хватало и приходилось выбирать что-то одно. — Ещё не время, подожди пару минут — и всё станет ясно.

— Но если…

— О, Темнейший, Жози, просто не болтай у меня над ухом! — огрызнулся молодой человек. — Лучше помоги подняться и сесть на алтарь.