Андрей Валентинов - Лонжа

– А напрасно, – возразил Ганс Штимме, он же дезертир Митте. – У меня брат – спортсмен, тяжелоатлет. Так их только ячменем и кормят, мышечную массу наращивают. Это какой-то древний врач посоветовал, который гладиаторов лечил.

«Гален», – мысленно уточнил Лонжа. На ячмень он тоже обратил внимание, как и на расписание занятий, появившееся на столбе, вкопанном у наскоро оборудованной парадной линейки. Перечитал, задумался…

А еще выдали головные уборы – старые, много раз стиранные, потерявшие цвет пилотки. Без кокард, чему никто не удивился.

– Стройся! В колонну по три!..

Посреди лагеря – словно ураган погулял. Четыре палатки свалены, еще из двух выброшены только что сколоченные тумбочки.

Столб. Дезертир Столб.

– Слушайте, ублюдки! Палатки поставлены непр-р-равильно, не в соответствии с инстр-р-рукциями и наставлениями. С кр-р-ривор-р-рукими пр-р-роведу пр-р-рактические занятия лично, после отбоя. Будете заниматься этим десять р-р-раз подр-р-ряд, пока не уложитесь в нор-р-рматив. А чтобы и все остальные пр-р-рочувствовали… Р-р-рота! Упор-р-р лежа пр-р-ринять! Полтор-р-ра! Я сказал: полтор-р-ра!..

Расписание занятий показалось странным. Чем более всего донимают новобранцев? Это и не служившему ведомо – строевой. Раз-два, раз-два, левой, левой, ножку тяни!.. Где еще отдохнет начальственная душа? Ровные «коробочки», шереножный строй, колонна по одному, по два, по три, шаг строевой, ускоренный, «гусиный», прусский…

Строевой не было, всего один час после ужина. Не намечалось и занятий с оружием, не говоря уже о стрельбах. Тактика, ориентирование на местности, ежедневный кросс – и «политические» беседы-занятия. Не два раза в неделю, как обещано – каждый день.

– Рота, стройся! В колонну по три! Шаго-о-ом!..

Дезертир Столб, у которого вырвали добычу из пасти, провожал уходящих долгим печальным взглядом.

– Господа! Будем говорить откровенно. Не секрет, что многие из вас – коммунисты. Не стану никого разубеждать относительно теории Маркса, этим пусть занимаются философы. Моя задача иная: рассказать вам о том, что сейчас происходит в России, в большевистском СССР…

Все та же опушка, но выступает не офицер – штатский при костюме, шляпе и галстуке в полоску. Молод, интеллигентен, говорлив.

– Господа коммунисты, прежде всего я обращаюсь к вам. Многим из вас очень не нравится название ведомства, которое я здесь представляю – Министерство пропаганды. Пропаганда, считаете вы, не может быть объективна. Поэтому поступим так: все, что я сейчас расскажу, взято исключительно из советской прессы. Газеты со мной, после лекции знающие русский язык могут подойти и убедиться сами. Вот, газета «Правда», вышла ровно неделю назад!

В поднятой руке – сложенный вчетверо номер с хорошо узнаваемым портретом. По шеренге – легкий шепоток. Не каждый день увидишь в Рейхе усы вождя трудящихся товарища Сталина!

– Начну с главного. Большевики всегда, с первого дня воевали с собственным народом. Вы лучше меня знаете, что такой концлагерь. Знаете?

Ледяное молчание в ответ. Штатский, шагнув вперед, взмахнул газетой с портретом вождя.

– В Советской России первый концлагерь был открыт в декабре 1917 года по личному приказу Дзержинского. Позже я приведу конкретные цифры, и вы узнаете, сколько там лагерей сейчас. Большевики убивали людей в годы гражданской войны, коллективизации и голода на Украине. Но такого террора, который начался этой весной, Россия еще не знала. Сейчас я вам зачитаю отрывки из этой брошюры…

Газета исчезла, вместо нее – маленькая книжечка с красными буквами на обложке.

– Материалы февральско-мартовского пленума ЦК ВКП(б) 1937 года. Начнем с главного, с того, что сказал генеральный секретарь. Коммунисты, слушайте слова вашего Сталина!..

– Сталин – очень удобное пугало, – заметил Король, кладя на стол свежий выпуск со статьей об очередном московском процессе. – Но пока зверь крепко заперт в клетке. На востоке его тянут за хвост японцы, а в Европу не пускает «санитарный кордон»: лимитрофы, Польша и Румыния.

– Пока! – Шут поднял вверх указательный палец. – Пока, куманёк.

– Сталин может съесть Прибалтику и Румынию, но в Европу все равно не попадет. На юге увязнет в балканской трясине, а на севере его встретят те же поляки. У Польши договор с Францией. Где Франция – там Великобритания. Через неделю их самолеты будут бомбить Баку.

Его друг вновь продемонстрировал длинный острый палец.