Андрей Валентинов - Лонжа

Окончательно, что такое здешняя война, Лонжа понял, когда одним воскресным днем сослуживцы затащили его на корриду. Огромный амфитеатр был полон крепкими мужчинами в форме и при оружии. На стороне «Sol», под ярким солнцем, сидели мятежники, их противники оккупировали «Тень» – «Sombra». Не все – знакомые садились рядом, радостно обнимались, вспоминали прошлое и яростно орали: «Торо!»

– А при чем тут война? – удивился его сосед. – Сегодня Хоселито выступает. Сам Хосе Гомес!

В штабах были уверены, что на фронте идут ожесточенные бои. Или делали вид, что уверены.

– Хоселито! Браво! Браво! Браво!..

Мятежники ждали прихода итальянских частей с их танкетками, способными прорубить фронт – и летчиков «Кондора», республиканцы уповали на русских и на интернациональные бригады. В Вильяверде, южном предместье Мадрида, где Лонжа встретился с другом, оборону мертво держали бойцы 1-го Немецкого батальона. Война шла уже всерьез, ничем не напоминая оперетту, пока кто-то невидимый и почти всесильный не опустил занавес. Итальянцы, немцы и русские так и не пришли, интербригады отвели в тыл и без особого шума расформировали.

Корриды по воскресеньям никто не отменил…

Без посторонней подмоги все очень быстро затухло. Злые горячие угли тлели, но большинству просто расхотелось умирать. Пехота разбежалась…

В Трансильвании сцепились две армии, настоящие, кадровые. Чем могут помочь им несколько сотен наскоро подготовленных «ублюдков»? Хитрить Бесноватому не впервой, части Вермахта не так сложно переодеть в чужую форму – или выдать за «немецких ополченцев». «Ублюдки» же быстро пополнят число трупов, причем без всякой заметной пользы.

Кому на войне нужны лишние трупы?

– Р-р-рота! Упор-р-р лежа! И кстати, не вздумайте называть себя дезертир-р-рами. Я ненавижу дезер-р-ртир-р-ров! Ну, что пр-р-рочувствовали, ублюдки? Люблю я свою р-р-работу!.. Р-рота, встать! Стр-р-ройся!..

…Больше всего хотелось упасть – прямо лицом в истоптанную траву. Близкая земля манила, но нельзя даже присесть. Команда «вольно», можно стать свободно, но не сходить с места и не ослаблять внимания.

– Р-р-разговор-р-рчики отставить!

Господин обер-фельдфебель не стоял – громоздился перед поредевшим строем тяжелой неприступной горой.

– Я его убью, – выдохнул кто-то из заднего ряда.

Услышал! Обернулся, оскалился весело.

– Вот это пр-р-равильно! Главное – боевой дух. Но не надейтесь. Бью два р-р-раза – по голове и по кр-р-рышке гр-р-роба. Десять минут отдыха, а потом будете ставить палатки. Р-р-разойдись!

Не разошлись – упали там, где и стояли. Лонжа все-таки присел и потянулся, не чувствуя спину. Кажется, живой. Пока что…

– А я еще солдатам завидовал, – вздохнул Ганс Штимме. – Всегда одеты, всегда накормлены – и никогда не скучают.

Рядом негромко выругались, в несколько этажей, от всей души.

– Лонжа! Лонжа!..

Он не услышал, задумался, и взводному унтер-офицеру пришлось тряхнуть его за плечо.

– Вас к начальству. Быстрее, быстрее!..

Вблизи тот, кто любил свою работу, уже не казался горой. Крепок, но росту среднего, годами под сорок, и лицо не суровое, усталое.

– Герр обер-фельдфебель! Лонжа по вашему приказанию прибыл.

Начальство взглянуло исподлобья.

– Цир-р-рковой?

Лонже представилось, что он ловит апач. Интересно, кем мог бы стать обер-фельдфебель на арене? Укр-р-ротителем? Шпр-р-рехшталмейстер-р-ром?

Приготовился выдохнуть («Так точно, герр…»), но не успел.

– Мне без разницы. Главное, что вы бавар-р-рец и большой хитрец в пр-р-ридачу. Но обмануть можно мальчишку-лейтенанта, меня – не выйдет. Мне, Лонжа, рентген не нужен, насквозь всех вижу.

Теперь господин обер-фельдфебель рычал через раз, даже не рычал, порыкивал.

– Почему не сделали шаг впер-р-ред? Вы же служили!

Думать было некогда, и он ответил честно:

– Не служил, герр обер-фельдфебель. Воевал.

Тот, ничуть не удивившись, кивнул.

– Так и думал. Не люблю войну, она пор-р-ртит службу – и с нее возвращаются хитрецы, вроде вас. Слушайте, Лонжа, дважды повтор-р-рять не стану. То, что творится в р-р-роте, я прекрасно знаю. У солдат всегда были и будут заводилы с винтом в заднице, выбор-р-рные фельдфебели. Но это – хр-р-реновая должность. Если что случится, спрашивать буду с вас, Лонжа. А у меня спр-р-рос такой, что быстро начнете скучать по «кацету».

– Так точно, герр обер-фельдфебель!

Начальство поглядело без всякой симпатии.