Генри Олди - Сын Ветра

Дело было не только в гибели группы Марвари. Как причастный к операции, Аккинени получил разнос от своего командования. И вот, не успело отзвучать эхо начальственного гнева, объявляется действительный виновник случившегося — и как ни в чём не бывало лезет с вопросами. Есть от чего прийти в бешенство!

Я дам ему фору, решил Бхимасена. Фору в два удара.

— Группа Марвари погибла не напрасно. Чтобы в этом убедиться, мне нужна информация. Это не просьба, генерал. Это служебный запрос. Если хотите, я могу оформить его официально, в письменном виде.

— Информация по этому делу проходит под грифом «секретно».

— У меня есть допуск. Вам это известно.

— Есть у вас допуск или нет, я не обязан предоставлять информацию всяким штатским!

Аккинени был прав. Формально персонал антического центра не числился по ведомству Министерства Обороны. И всё равно это было оскорбление — учитывая, что Аккинени прекрасно знал истинное положение дел.

Два удара, отметил Бхимасена. Достаточно. Теперь моя очередь.

— Разумеется, не обязаны. Мне так и передать его величеству?

— Кому?!

— Его величеству махарадже. Чьё повеление я, по-вашему, сейчас выполняю? Итак, генерал Аккинени отказывается содействовать исполнению высочайшей воли? Когда я улетал из дворца, в парке выгуливали слонов.

Долгая пауза. Минута, не меньше, чистого удовольствия. В глазницах громовержца ярились молнии. Вот-вот вырвутся на волю, извергнутся из голосферы, испепелят наглеца вместе с аэромобом и пилотом.

Ничего, обошлось.

— Я жду официальный запрос, — сухо бросил Аккинени.

И отключился.

— В антический центр, — велел пилоту Бхимасена, сняв конфидент-поле.

Аэромоб заложил лихой вираж над городом. Хорошо, что машина следовала на высоте первого особого воздушного эшелона, который практически пустовал. В толчее шести нижних гражданских эшелонов такой манёвр с гарантией привёл бы к аварийному столкновению.

Отправив запрос, он позвонил домой.

— Извини, дорогая, сегодня я дома не ночую. Служба, сама понимаешь.

Откинувшись на спинку кресла, генерал как бы невзначай продемонстрировал интерьер кабинета за спиной. Видишь, любимая? Я правда на работе, а не…

В кабаке? В стрип-клубе? В казино?

В наркопритоне?!

Чтобы представить Раму Бхимасену в компании обдолбанных торчков, надо было обладать незаурядным воображением. Ладно ещё, в кабаке…

Старая игра. Жена и так ему верила, но ей было приятно, когда муж деликатно предлагал любимой супруге убедиться самой. В последние месяцы он сутками пропадал на службе — и то, что Бхимасена каждый раз звонил, предупреждал, что задержится, примиряло Сумати со служебными авралами мужа.

«Это не надолго, верно? Рано или поздно всё закончится, да? Надо просто ещё немного потерпеть. Рама, ты со всем в итоге справишься. Ты справлялся всегда».

Сумати верила в него больше, чем он верил в себя.

В тот момент, когда терминал булькнул, возвещая о прибытии первого пакета информации от Аккинени, генерал вспомнил об ещё одном важном деле. Менее важном, чем поиски Натху, но имеющем для Бхимасены большое, а главное, личное значение.

Во дворце он был слишком взволнован. Лишь сейчас, отдышавшись, генерал наконец собрался с мыслями и осознал, что ответил махараджа на его вопрос. Молодые офицеры с йогинскими серьгами в ушах. Те, для кого слова учителя значат больше, чем слова присяги или приказ командира. Генерал вспомнил собственного секретаря — тот недавно обзавёлся йогинскими серьгами высокого посвящения, будь они прокляты.

Однако секретарь при всём желании не мог передать кому-либо информацию, которой сам не обладал. Подробности операции на Ларгитасе и последующих событий в космосе парню неизвестны, в этом генерал был уверен. «Пользуются гиперсвязью», — сказал махараджа. Значит, осведомитель принимал в операции непосредственное участие и отправил сообщение с одного из уцелевших кораблей.

Своей службы внутренних расследований в антическом центре не было — до сих пор в ней не возникала надобность. Зато у ВКС таких служб имелось в достатке: флотская контрразведка, отдел специальных расследований военной полиции, служба внутренней безопасности — выбирай любую! Другой бы на месте генерала заколебался, но для Бхимасены выбор не составил труда. С Лочаном Карнадом они приятельствовали ещё в юности, когда выходили на арену храма Калари в набедренных повязках. Лочан, если слухи не врали, тренировался по сей день, несмотря на свою службу в ОСР военной полиции. А может, благодаря этой службе.