— Тем не менее замещения старой гвардии новобранцами ведь так и не произошло.
— Это верно… Предлагал Эрнсту создать что-то вроде продюсерского центра при Первом канале, чтобы полностью заменить вчерашнюю обойму исполнителей на завтрашнюю. Искать свежие песни, записывать их, чаще пускать в эфир новых певцов, чтобы прежние почувствовали конкуренцию и зашевелились. Среди них ведь тоже есть хорошие профессиональные артисты, но они давно расслабились, разленились, привыкли халтурить. Может, ощутив, что наступают на пятки, мэтры немножко взбодрились бы, перестали ехать на старых телегах. Эрнст не поддержал мою идею, решив, что правильнее потихоньку подпускать новичков, разбавлять ими старичков, но это его право.
— Без поддержки извне матерые ветераны сожрут молодых и даже не крякнут.
— Кто знает? Ребята, которые были у меня в команде, работают, не затерялись.
— Тянете их за собой прицепными вагончиками?
— Нет, они сами, без меня. За год у нас была, может, пара совместных неконцертных выступлений. Что-то вроде заказников. Просили, чтобы я спел вместе с подопечными, скажем так. К чему об этом заговорил? Может, кому-то мои слова покажутся излишне меркантильными, а творцу положено витать в облаках по образу и подобию, рассуждая лишь о высоких материях, но я рад, что ребята стали получать адекватную материальную компенсацию за свой труд и талант.
— Недавно я делал интервью с Игорем Крутым и спрашивал о «Голосе»…
— Знаю его мнение. Он отрицательно относится к шоу, считает, что у нас поют ресторанную музыку. Абсолютно неверный, на мой взгляд, посыл, о чем я говорил Игорю лично. Мы ведь с ним давно в приятельских отношениях.
— Крутой даже каким-то макаром уговорил вас спеть на открытии Универсиады песню собственного сочинения, чем очень гордится, утверждая, что с Градским такого не было лет сто. Якобы чужую мелодию в последний раз вы брали от Пахмутовой.
— Во-первых, текст песни, исполненной в Казани, почти полностью написал я, и она не совсем мне чужая. Во-вторых, Игорь кое в чем неточен. После исполнения «Как молоды мы были» Александры Николаевны я пел песни Эдуарда Колмановского, Жени Крылатова, Юры Саульского… Но дело не в этом. Когда Крутой говорит о ресторанном репертуаре, важно помнить, что там звучит мировая классика, проверенные временем шлягеры. Иначе никто не стал бы слушать эту музыку, в том числе и в застолье. Значит, на «Голосе» мы использовали лучшее из созданного на эстраде. В конце концов, и бесконечно мною любимого Юру Антонова пели по всем точкам общепита Советского Союза, но никто же не рискнет назвать его ресторанным композитором, правда?
— Игорь Яковлевич говорил о другом: перепеть шлягер — невелика заслуга. Вот в Юрмале на «Новой волне» конкурсанты выступают с оригинальным номером.
— Проблема в том, что при всем желании сейчас не наберется столько новых песен. Думаю, в России нет и десятка авторов, способных написать что-то внятное и удобоваримое. Тут и обсуждать нечего.
— Но эфир на FM-станциях забит сутки напролет.
— И дальше? Песни, которые там крутят, становятся популярными, приносят доход? Боюсь, что нет.
— Посему единственный выход — эксплуатировать уже раскрученное?
— Пока да. Это шанс показать свое умение. Кстати, и Иосиф Кобзон, которого я приглашал на «Голос», поначалу скептически оценивал проект, потом послушал, как поют ребята, и в корне изменил отношение. Я привык мыслить как музыкант. Возьмем любой конкурс оперных и камерных вокалистов. Участники исполняют классику: Чайковский, Глинка, Верди, Шуберт… При этом никому в голову не приходит сказать, мол, они тоже поют кавера, пользуясь чужой популярностью в корыстных целях. Почему же нам нельзя брать эстрадную нетленку? Поймите, на музыкальном языке вести спор со мной сложно, я всегда держу в запасе парочку железных аргументов, против которых не сможет возразить ни Крутой, ни кто-то другой. Давайте тогда будем последовательны и перестанем петь Чайковского, поскольку раньше это сделали Лемешев и Козловский… Глупая история, согласитесь.
— Я о другом. Если бы цель была не нагнать рейтинг каналу, а открыть новых ярких певцов, их, по идее, и дальше вели бы.
— А почему обязательно противопоставлять? Можно решать задачи параллельно. Мы с коллегами занимались поиском талантливых ребят, при этом получился качественный телепродукт. Замечательно!
— Помнится, в 1974 году малоизвестному автору позволили написать музыку к фильму «Романс о влюбленных». Вы знаете этого выпускника Гнесинки, Александр Борисович. Градский его фамилия. Кто-то ведь поверил в молодого да раннего, поддержал.
Читать дальше
