Максим Григорьев - ЕвроМайдан

Кроме того, он говорит: «По ранениям, это большая часть дробины охотничьи и, по словам контрактника, огромная пуля охотничья. У наших больше дроби, массово. Я даже не знаю, честно, сколько убитых и раненых с нашей стороны. А вот по тому, по подразделению, дробью в основном. Ожоги не сильно, тушили в основном. Кому не повезло — контузия. Но били по щитам, если смотреть, под 7,62 калибра что-то такое, может, карабины. Я не думаю, что у них армейское было еще. Щиты у нас дырявые, красивые четкие дырочки. Оружие у них было разнообразное, но больше охотничье, у кого что было, тот тем и стрелял.

Просто видно пистолет, стрельба, а что за пистолет, идентифицировать не было возможности».

Тимур, сотрудник подразделения милиции специального назначения «Беркут», рассказывает: «Вот у нас сейчас парень один в Севастополь уехал, у него вроде как патрон 5,56 миллиметра в легком, натовский. Он уехал в Севастополь, потому что у нас тут никто не берется оперировать его, потому что операция сложная. Пуля попала под мышку ему и завернула в легкое, от кости отразилась и вошла в легкое. Вот, в Севастополь его отправили. Он стоял в первой шеренге, со щитом, я стоял сзади, без щита. И вот я его отводил, раздевал, не мог понять, что с ним происходит. Он сознание теряет, я его веду, говорит, рука отказала. Все снял, пощупал, вроде бы гематома на руке, а потом оказалось, что у него именно попадание, вот он руку накладывал, поднимал, и попала прямо подмышку. Не было видно входного отверстия подмышкой. Я так все осмотрел, отвел его, а оказалось, что пуля в легком. И куча, куча ранений, кому руку прострелили, я жгут накладывал человеку. Прострелили руку, кровь шла так, что аж через бушлат поток крови был. Сознание люди теряли. Именно с пулевыми ранениями много народа пострадало, человек, наверное, десять точно есть. Раз застрелили, два застрелили, третьего, четвертого. Именно пулевые, а там же еще что-то такое, переломы, ушибы, как у меня. Контузии, там гранаты взрывались прямо под ушами. Есть люди, у которых контузии, перепонки выбиты».

Анатолий, сотрудник подразделения милиции специального назначения «Беркут», так описывает характер ранений: «Огнестрельные ранения были у заместителя командира взвода по ногам, у одного резина, у командира взвода шариками навылет. Потом мы пошли на Майдан, там началось уже часов в семь, были раненые и один убитый. Убитый картечью в грудь. Каждый час были ранения по три человека. Одному в щит попали 12 миллиметров, пробило, в руку попало насквозь, второму руку пробило и легкое».

Также он рассказывает: «У меня перелом пальца, перебито сухожилие, по мелочи, можно сказать. Конечно, пострадало у нас много народу. Кости повыбивало ребятам, просто вот пуля попадает в кость, и кусок кости вылетает, кость раскрашивается. Вот человек сейчас с аппаратом Елизарова. Это полгода минимум на реабилитацию. Ему там склеили как попало, его даже на самолете нельзя было транспортировать. Просто в связи с ситуацией, когда началось оцепление, мы же с больницы уезжали. Один человек уехал в пижаме, просто вообще в пижаме. Не было времени. Начали все оцеплять, за нами машина приехала, человек в пижаме запрыгнул, мы уехали. Нас на аэродром везли. Вот человека нельзя было транспортировать, у человека была сильно перебита рука, кость просто выбита, кусок кости. И он, просто повезли, что ему оставаться там, смысл, чтобы он дальше был неизвестным. Долетел он, все нормально».

Денис, сотрудник подразделения милиции специального назначения «Беркут», о своем ранении рассказывает: «Ранение получил 17-го числа во время проведения антитеррористической операции. Я в „Черепахе" щит держал, и руку отняло сразу, я думал, вообще оторвало. Отказала моментально. Сначала оттащили немножко, а потом уже дошел в скорую. Посмотрели — рана, входное отверстие, не видно, где пуля. Снимок сделали — пуля в легком. Меня в военный госпиталь сразу же отвезли, поставили дренаж.

Пуля как картечь — она деформированная была. Она зацепила — второе ребро у меня сломано. Сказали, что если б не ребро, неизвестно, как бы оно себя вообще повело, может, вообще бы все прошило, артерию прорезало. Так повезло, что зацепило ребро и в легком остановилось».

Олег, сотрудник подразделения милиции специального назначения «Беркут», рассказывает: «С Институтской в 20 ч вечера поступила команда оттеснить протестующих в сторону сцены и мы шли в направлении протестующих. По нам открыли шквальный огонь с огнестрельного оружия, кидали бутылки с зажигательной смесью, из-за этого было трудно продвигаться, они разбивались и под ногами земля горела. Наша рота шла вперед. И где-то в 21 ч 5 мин я почувствовал резкую боль в пальцах, мне попали, как уже выяснилось в госпитале, скорее всего, с охотничьего ружья дробью пальцы перебило. Резко боль, чувствую, меня товарищ подхватил, отнесли меня в скорую, и скорая меня направила уже в госпиталь МВД. Там ранее мне делали операцию.