Грегг Гервиц - Специалист

Когда они уходили, Джим поднял голову:

– Счастливого Кванзаа. [13] Кванзаа – афроамериканский праздник, проводится в конце декабря наряду с Рождеством и Ханукой.

Мэйбек улыбнулся и поднял в ответ большие пальцы, словно говоря, что «все будет путем».

– Увидимся утром.

– Если дело еще будет в наших руках, – заметил Тим.

Все хмуро посмотрели на него. Медведь что-то недовольно промычал.

Геррера резко оборвал свою новую подружку, звонившую ему по телефону:

– Я же говорил тебе, детка, не звони мне на рабочий.

Он сказал это с неожиданно сильным акцентом и окинул остальных извиняющимся взглядом. Когда Геррера повесил трубку, Медведь, не отрывая глаз от потолка, спросил:

– Джин Энн?

– Алисия.

Медведь повернул лицо к Тиму:

– Наш мальчик пришел в себя.

Вдруг все встали – в комнату зашли мэр Стросс и Таннино. Лицо Стросса было красным и напряженным; он ослабил свой зеленый галстук с заколкой в виде утенка. От мэра пахло красным вином.

– В результате продолжительной дискуссии с представителями Восточного побережья мы решили оставить и вам, и ФБР собственные полномочия. Я удовлетворен вашей работой, и мы не намерены ее прерывать. ФБР, без всякого сомнения, продолжит свою операцию «Зачистка», при этом вы обязаны сотрудничать с ними и предоставлять им всю необходимую информацию. Если вы поставите ваше самомнение превыше благоденствия этого города, ответите передо мной лично. Понятно?

Все закивали и одобрительно забормотали. Таннино кивнул, с удовлетворением глядя на главу муниципалитета, и добавил:

– Агенты Бюро будут следовать тем же приказам, что и мы.

– А сейчас скажите, – мэр снова заговорил тоном политика, – накормить ли вас, ребята, индюшкой?

– Да что вы, господин мэр, не стоит о нас беспокоиться, – вежливо отказал Миллер.

Стросс кивнул и вышел; Медведь негодующе посмотрел на Миллера.

Таннино задержался в дверях:

– Ребята, я вас прошу, съешьте хоть кусок этого проклятого пирога до того, как придет жена.

Никто даже не пошевелился, и он устало вздохнул:

– Медведь, позаботься об этом, хорошо?

Дверь за ним закрылась.

– Что делаем дальше? – спросил Фрид.

– Джим, у тебя есть какой-то приятель-пограничник, так ведь? – спросил Тим. – Звякни ему. Пусть он поможет достать данные о пересечении границы нашими мальчиками через пост Сан-Исидро – Тихуана. На чем они были, под какими номерами байки и все такое.

Медведь ослабил давление на спинку кресла, сев прямо.

– А что, если эти мерзавцы действительно приманка, как говорил Рич? Что, если «слезы» уже здесь? Пока мы решаем, что делать, наркотик, может быть, уже вовсю расходится.

В первый раз после убийства Пса Геррера заговорил решительно:

– Я знаю, как можно это выяснить.

За рулем своего «доджа» Медведь чувствовал себя как дома, несмотря на то, что Геррера втиснулся на сиденье между ним и Тимом. Клуб «грешников» был виден с дороги; он возвышался чудовищной громадиной за забором, опутанным колючей проволокой. Когда они подъехали, внутри раздавалось женское хихиканье, в динамиках ревел «тяжелый металл» и то и дело слышался звон бьющихся бутылок.

Из пакета, лежавшего у него под ногами, Медведь достал кварту слабого яичного ликера и пластиковые стаканчики. Он разлил напиток в стаканчики, и все трое чокнулись.

– Здоровья и счастья, – проговорил Медведь. Эти два слова он обычно произносил за рождественским столом, когда приходил в гости к Тиму и Дрей, а потом молча поглощал половину праздничной телятины.

Геррера добавил:

– Y rezos para la salud de su esposa . [14] И дай Бог здоровья твоей жене (исп.).

Они выпили.

Какой-то «грешник», спотыкаясь, вышел из клуба и влез на свой байк; сзади села его подружка, и они укатили. Медведь вопрошающе поднял бровь и посмотрел на Герреру, но Геррера покачал головой.

– Он просто страхуется.

– Что ты имеешь в виду?

– Если байкер занимает должность в клубе, он ездит со своей подружкой, которая в случае чего сможет вызвать адвоката и выплатить залог поручителю.

Не прошло и полминуты, как еще один «грешник» вышел из клуба и тоже куда-то поехал, правда, без подружки. Медведь тронулся за ним, соблюдая приличную дистанцию, потом связался с командным постом и попросил Фрида узнать по номеру мотоцикла личность байкера. Им оказался Фриц, член главного филиала без особых обязанностей.

– Подождем, пока он выедет на участок без развилок, – решительно сказал Геррера. Он уже пришел в себя, даже осмелел. – Не сейчас… не сейчас… теперь давай.