Грегг Гервиц - Специалист

– Лучше все-таки рассказать, в чем тут дело, – заметил Таннино, – и рассказать сейчас.

Трое агентов ФБР переглянулись, решая, кто будет говорить; выбор пал на Смайлза. Он прочистил горло и сказал:

– В «слезах Аллаха».

– В чем? – раздраженно спросил Таннино.

– Это новая форма сильно измельченного героина. Мы располагаем данными, что на сегодняшний день это самый чистый героин. Он хранится в форме раствора, на вид такого же прозрачного, как вода. Эффект «слез Аллаха» несравненно сильнее эффекта его аналогов. При его выработке расходуется огромное количество сырья – для изготовления одного литра используется урожай сотен акров маковых полей. В торговлю он идет в определенных дозировках. Доза в один миллилитр содержит двадцатую часть примесей, тем не менее человек шесть часов будет в полной отключке. Зависимость от этого наркотика очень высока – отказаться от него так же тяжело, как начать есть грязный снег вместо мороженого. Его проще перевозить: занимает меньше места. В таре размером с кулак помещаются тысячи доз.

Рич вцепился рукой в волосы, и из его кулака торчало подобие хвостика.

– Похоже, с эпидемией «крэка» вышло преувеличение.

– «Крэк» проще сбыть. Он привлекает потребителей тем, что он дешевле. Он экономичнее – его проще производить. Сейчас к продаже готовится пробная партия «слез Аллаха». Рынком станет Лос-Анджелес. – Смайлз провел пальцами по блестящим ухоженным усам. – Это хорошая новость.

– А плохая новость в том, – мгновенно подхватил Рич, – что эта дрянь поступает напрямую из производственных лабораторий в Афганистане. Сразу приходят в голову мысли о разветвленной террористической организации? Так и есть. Голова гидры – это группа экстремистов-суннитов, отделившихся от секты Асбата аль-Ансара; они называют себя «аль-Фат». В Лос-Анджелесе у них есть свой человек – Дул Факар аль-Малик, пакистанец; его еще зовут «Карающий меч Пророка».

Таннино скорчил гримасу: должно быть, хорошо знал аль-Малика по брифингам представителей федеральных служб.

– Он их главный представитель в городе, отвечает за финансовую поддержку операции и подготавливает почву для создания убежищ террористов. – Смайлз прервался; было видно, что он волнуется. – У нас есть все основания полагать, что этот Пророк вступил в альянс со «Смеющимися грешниками».

– Разве у фундаменталистов сейчас нет более серьезных забот, чем якшаться с байкерами и «торчками»? – спросил Таннино.

– Большая часть их активов – особенно тех, которые размещались в банках США, – заморожена после событий одиннадцатого сентября. Когда счета прикрыли, деньги стало труднее переправлять через границу. Перехвачены такие суммы, что я просто не в праве разглашать их размеры. «Слезы Аллаха» – это многообещающее новшество. Благодаря им аль-Фат сможет отказаться от ввоза в страну огромного количества героина и денежных средств, кроме того, у них отпадет необходимость действовать от имени другой группировки, – лицо Смайлза выражало скрытое восхищение. – Деньги делаются в Лос-Анджелесе и остаются в Лос-Анджелесе.

– Пока их не вложат в какую-нибудь дьявольскую затею, – вмешался Рич. – После одиннадцатого сентября Лос-Анджелес словно магнитом притягивает всяких борцов за волю Аллаха. Вы наверняка слышали о террористических планах, в которых признался Халид шейх Мохаммед.

Мелейн кивнул головой, как бы говоря: «Теперь вы понимаете, с чем мне приходилось иметь дело».

– Сеть наркосбыта «грешников» уже действует в полную силу – аль-Фат лишь вливается в нее. Никаких начальных расходов, никакой лишней суеты. В свою очередь «грешники» получают возможность монополизировать скупку «слез Аллаха» – все остаются в выигрыше, – сказал Мелейн.

– Вы ведь знаете, – подхватил Смайлз, – что на всем западном побережье никто не посмеет нарушить монополию «грешников».

Таннино поднял вверх фотографию с трупами «метисов», сделанную после палмдейлского расстрела:

– Особенно сейчас.

Смайлз кивнул:

– Особенно сейчас.

Рич сказал:

– После вторжения США в Афганистан производство опия там возросло на две тысячи процентов.

Геррера один был шокирован этими словами:

– Почему?

– Потому что основными поставщиками мака являются полевые командиры, которых мы прикрывали, разгоняя Талибан, – ответил Тим. – Если бы мы разгромили маковое производство, наши так называемые друзья нанесли бы нам ответный удар.