Пол Галлико - Посейдон

Скотт потряс за плечо грека-матроса, который по-прежнему был точно не в себе, и приказал:

— Ну, Паппас, веди нас! Показывай дорогу.

— Конечно! Идите! А как же мы? Что будет с нами? — вдруг опомнился тот самый стюард, которому Фрэнк помог добраться наверх по елке.

Священник оглянулся:

— Вы согласны пойти с нами? Я возьму с собой любого, кто готов идти. И способен передвигаться самостоятельно. Питерс и вы, ребята с кухни, я обращаюсь к вам. Вы пойдете с нами? Кто-нибудь из вас или, может быть, все вместе?..

— Я, право, даже не знаю, что вам на это ответить, сэр, — отозвался Питерс. — Я хорошо знаю правила, которым должен следовать. Во всех экстренных случаях мы обязаны оставаться на своих местах в ожидании дальнейших инструкций. Они могут быть отданы сигналом или произнесены голосом. Тогда мы перемещаемся на шлюпочную палубу, а потом…

— Погоди, приятель, — перебил его молодой стюард, раненый в руку, — но, как ты сам понимаешь, никаких инструкций нам теперь ждать не приходится. А какая польза сейчас от шлюпок, если они все тоже перевернулись вверх дном?

— Я тоже считаю, что в данной ситуации вы можете забыть о приказах, — согласился Скотт. — Значит, вы идете вместе с нами, — обратился он к молодому стюарду. — Кто еще?

Спокойные слова священника и его уверенность вызвали у юноши раздражение:

— Я?! — закричал он. — Да ни за что на свете! У вас все равно из этой затеи ничего не выйдет! Вы даже и отдаленно представить себе не можете, что находится между вами и днищем корабля! Вы и сами погибнете и всех остальных уведете в могилу!

Но Скотт и глазом не моргнул, выслушав эту пламенную речь. Вместо этого, он так же хладнокровно обратился к старшему стюарду:

— Питерс, а вы что скажете?

— Нет, я никуда не пойду. Я не брошу Эйкра одного. Слишком уж долго мы работали вместе. И если мы будем сохранять силу духа, возможно, нам тоже повезет, и мы еще выкарабкаемся. — Он немного помолчал и добавил: — Прошу вас только об одном: будете проходить мимо, не заглядывайте в кухню.

— Но почему? — не подумав, тут же спросил Роузен. — Там пострадали люди?

— Плиты, как и все остальное тяжелое оборудование, сорвались со своих мест, — ответил Питерс. — Вот этим двоим ребятам, — он кивнул на трясущихся от страха и воспоминаний поваров, — удалось вовремя смотаться. — Другим повезло гораздо меньше. — Он помолчал и добавил: — Почти все плиты были включены…

Живое воображение Хьюби Мюллера тут же принялось рисовать ему страшные картины. Значит, все раскаленные конфорки электроплит перевернулись во время катастрофы, и горячие котелки, кастрюли и сковородки посыпались на поваров и их помощников. Видимо, именно с кухни и донесся тогда душераздирающий крик людей, как раз когда судно переворачивалось вверх дном.

— Ну что ж, нам пора, — провозгласил Скотт и, прежде чем уйти, повернулся к Питерсу: — Спасибо вам за все. И вам тоже, Эйкр. Желаю вам удачи.

Шелби подумал, что сейчас он, как священник, должен был бы добавить что-то вроде: «Я буду молиться за вас», но Фрэнк не сказал этого.

— И вам тоже удачи, сэр, — отозвались стюарды.

Отряд пустился в путь. Послышался голос Линды:

— Мне не нужна твоя помощь. Кстати, это ведь ты виноват в том, что я попала в такую историю!

Ей отвечал такой же знакомый плаксивый голос Рого:

— Ну, крошка моя, не надо так сердиться. Давай-ка лучше я поддержу тебя, а то ты еще, чего доброго, сломаешь свою чудесную ножку…

— Мисс Кинсэйл! — позвал Скотт.

— Да-да, доктор Скотт, я здесь, спасибо вам, — с благодарностью произнесла старая дева и взяла священника под руку, оказавшись слева от него. Остальные мужчины последовали за ними. Все молчали, и отряд двигался в полной тишине. Только слышны были осторожные шаги людей, переступающих через трубы.

Проходя мимо кухни, путешественники отвернули головы в сторону. В нос им ударил странный и очень неприятный запах. Мюллер сразу догадался, что так могла пахнуть только обгоревшая человеческая плоть.

И все-таки он не сдержался. Любопытство пересилило, и он заглянул в один из залов, где когда-то готовилась еда. Одного взгляда ему хватило, чтобы пожалеть о своем опрометчивом поступке. Прямо у входа в помещение лежало что-то красное. Мюллер сначала подумал, что это просто кусок мяса, но это было не мясо…

— Боже мой! — с ужасом выдохнул Мюллер.

Мартин, даже не осмелившийся повернуть голову в сторону кухни, заметил:

— Пойдемте. Что вы там, собственно, ожидали увидеть? Я уже наблюдал кое-что еще там, внизу. И мне хватило с лишком. Если мне на пути еще раз встретится что-нибудь подобное, меня снова вывернет.