Андрей Быстров - Сфинкс

Борис и Ольга вышли из машины. Таня смотрела им вслед, пока их не поглотил людской поток у дверей станции.

21

Она набрала номер Колесникова. Профессор тотчас же поднял трубку.

- Алло.

- Петр Иванович, это я...

- Таня?! Где ты, откуда ты звонишь?

Колесников нажал кнопку устройства, подключенного к его аппарату. Сразу ожили чуткие приборы в кабинете Курбатова. Генерал, сидя за столом, внимательно слушал разговор.

- Петр Иванович, стилет у меня.

- Поздравляю, - сквозь зубы пробормотал Курбатов, неслышимый Тане, а профессор сказал:

- Нам, наверное, нужно поговорить лично... Не бойся, я...

- Назначаю встречу. В двадцать часов ждите меня в "Террариуме". На переговорах должен присутствовать и генерал Курбатов, вы оба. Вам, профессор, я больше доверяю, зато Курбатов вправе принимать ответственные решения.

- Я передам генералу.

- Теперь, чтобы вы не думали, что меня можно взять голыми руками... В доказательство я привезу вам внутреннее лезвие стилета. Вы знаете, что информация читается только при сопоставлении двух лезвий, и можете заключить: раз внутреннее у вас, внешнее опасности не представляет, и меня неплохо бы без промедления ликвидировать...

- Таня!

- Так вот, не торопитесь...

К Курбатову подошел техник, до того молча работавший с приборами в кабинете генерала.

- Алексей Дмитриевич, установлено, откуда она звонит.

Курбатов кивнул на карту Москвы, и техник воткнул в неё булавку. Один из оперативников наклонился к генералу.

- Прикажете выслать группу?

- Не надо, - отмахнулся Курбатов. - Вряд ли успеем, да и смысла нет. Пантера приедет сама.

- ...Потому что внутреннее лезвие я сфотографировала, - продолжала Таня, - и эти снимки вместе с внешним лезвием находятся у человека, получившего от меня инструкции. Если я не вернусь к полуночи, он начнет действовать.

- Как именно? - спросил Колесников. Таня рассмеялась.

- Хотите его перехватить? Не выйдет. Я еду в "Террариум", господин профессор.

Она повесила трубку.

Услышав гудки, Курбатов переключил линию из режима прослушивания в режим диалога и произнес:

- Петр Иванович, срочно ко мне.

В "Террариуме" велись большие работы по реконструкции. Переоборудовались лаборатории, корпуса оснащались дополнительными системами безопасности, везде, где только можно, устанавливались телекамеры. Это не было размахиванием кулаками после драки. Мероприятия проводились согласно плану, хотя и начались чуть раньше графика. Когда на объекте находился всего один экспериментальный экземпляр дэйна, да и тот, как считалось, под абсолютным контролем, в подобных вещах не возникало надобности. Теперь объект готовили к старту новой фазы проекта "Коршун". Предусматривалось появление множества дэйнов следующего поколения, что требовало и нового оборудования, и увеличения численности персонала, и само собой, повышенной бдительности.

Когда появился профессор, Курбатов открыл ящичек с ампулами.

- Выбирай, Петр Иванович. Какие?

- Сначала вот это, - указал Колесников. - Она потеряет сознание. Когда очнется, вкатим ей кубика полтора витриамина, и она выложит все...

- Ты уверен? Она ведь не обычный человек.

- Алексей Дмитриевич, витриамину безразлично, каким путем она появилась на свет.

Дребезжащая машина Тани подкатила к внешнему посту. Здесь её не остановили, но за ней увязались два переполненных охранниками джипа.

- Привет, ребята! Почетный эскорт? - Девушка помахала охранникам рукой.

У ворот "Террариума" стояли ещё два джипа. Машину Тани окружили парни с автоматами. Генерал Курбатов ждал поодаль, у контрольно-пропускного пункта, с дымящейся сигаретой в руке.

- Здравствуйте, генерал! - приветствовала его Таня. - Вот то, что я обещала вам.

Лезвие стилета сверкнуло в лучах клонящегося к горизонту солнца.

- Выходи из машины, - сказал Курбатов. - Тебя ждет профессор.

- Одну минуту, генерал! - Таня подняла правую руку. - Сюрприз. Вы помните, что означают эти проволочки на моих пальцах?

- Ты блефуешь! Ты взорвала машину возле дачи, у тебя больше нет "Весельчака"...

Но парни с автоматами на всякий случай отошли подальше.

- Ошибаетесь, генерал, - возразила Таня. - У меня было четыре брикета взрывчатки. Лысенко хватило одного, остальные здесь. Пришлось только собрать новый детонатор, но по части технического творчества у меня все в порядке, не забыли?

Курбатов на мгновение растерялся, но тут же, устыдившись, зычно закричал:

- Ну и взрывайся! Мы пригласили тебя, чтобы дать тебе... Что захочешь, но если ты такая дура, счастливого пути на небеса. А со стилетом мы как-нибудь и без тебя разберемся... Вот так.