Андрей Быстров - Сфинкс

Он в нескольких словах объяснил задачу. Девушки одобрительно закивали.

Небрежной походкой Таня приблизилась к "Вектре" и наклонилась к открытому окну со стороны водителя.

- Не угостите сигаретой?

Парень посмотрел на Таню, глумливо ухмыльнулся и полез в карман, размышляя, как бы поостроумнее ответить. Так ничего и не придумав, он протянул Тане распечатанную пачку. Она молниеносно перехватила руку парня и вывернула её так, что тот подскочил от боли, ударившись головой о потолок. И тотчас же палец Тани вонзился в известную ей точку на виске боевика. Не издав ни звука, парень повалился на руль.

Двое других, видевшие машину издали, сообразили: что-то там неладно. Они одновременно шагнули в направлении "Вектры" и тут же остановились перед дулами "скорпионов".

- Тихо, - приказал Борис. - Хотите жить, прилягте на травку...

Боевики послушно улеглись на траву. Подоспевшая Таня отключила их тем же способом.

- Сколько у нас времени? - Борис забрал у Иллерецкой оружие и бросил оба автомата обратно в сумку.

- Минут двадцать отдохнут, - заверила Таня.

- Быстрее наверх...

Войдя в квартиру, Борис минут пять искал отвертку, потом у него не заладилось с откручиванием болтов на корпусе системного блока. Наконец он отложил отвертку и снял крышку.

- Тут ничего нет! - воскликнула Иллерецкая.

Но Таня, стоявшая ближе к столу, взяла крышку из рук Бориса и перевернула. К слегка шероховатой поверхности металла был прикреплен лентами пластыря завернутый в папиросную бумагу продолговатый предмет. Таня отлепила пластырь от крышки. Борис принял у неё находку, развернул бумагу. Сверкнула полированная бронза. Три пары глаз созерцали стилет. Борис вынул и вновь вставил внутреннее лезвие со сфинксом и космической птицей.

- Какая красота, - прошептала Ольга. - Неужели это придется уничтожить?..

- Время, - напомнила Таня.

Борис сунул стилет в карман куртки, и они поспешно покинули квартиру.

Их ждал сюрприз. Полулежа на сиденье, водитель "Вектры" хрипел в сотовый телефон:

- Генрих Рудольфович, Генрих Рудольфович...

- Алло! - донесся из трубки раздраженный голос. - Алло, Иван! Говори, я слушаю...

- Ах ты, гад! - рассвирепел Борис, рывком распахнул дверцу и долбанул боевика пистолетом по голове. Тот сник, выронив трубку.

- Генрих Рудольфович, - заговорил Градов, завладев трубкой. - Вы слышите меня?

- Кто это?

- Борис Градов.

Из груди крестного отца вырвался шумный вздох.

- Что происходит?

- Ваши люди не функционируют, - объяснил Борис. - Мои оказались покрепче. Я предупреждал вас или нет? Делайте же наконец выводы!

Он швырнул трубку на сиденье.

- Можно взять их машину, - сказала Иллерецкая.

- Риск, - обронил Градов. - Пошли в метро.

20

Все трое расположились вокруг стола в квартире Андрея Мезенцева. Перед ними лежал разобранный стилет. Борис вертел в руках внутреннее лезвие.

- И что теперь? - он бросил полоску металла на стол.

- Мой сольный номер, - ответила Таня. - Ваша помощь не понадобится, но мне нужна машина.

- С вашими способностями, - заметила Иллерецкая, - вы добудете машину за пять минут.

- И попаду в милицию, что особенно обидно на финальном этапе.

- Погодите, - вспомнил Борис. - У меня же есть машина.

- У вас есть машина? - обернулась к нему Таня.

- Наверное, да...

- То есть?

- Она принадлежала моим родителям. Они погибли, давно... Машина совсем старая, "Таврия", ржавая консервная банка. Вряд ли она на ходу, догнивает на пустыре возле чьих-то гаражей. Вероятно, её давно раскурочили мальчишки.

- Давайте съездим и посмотрим, - предложила Ольга. - Может, не так все безнадежно, придумаем что-нибудь. Но сначала надо её увидеть.

- Что ж, попробую найти... Только вот перекусим. А как поступим со стилетом?

- Оболочка останется у вас, - сказала Таня. - Ее необходимо вернуть в музей. А внутреннее лезвие я возьму с собой. Помните, мой пропуск? Еще мне понадобятся два длинных изолированных провода, немного денег на телефонные звонки и один "скорпион". А второй может пригодиться вам...

- Не дай Бог, - пробурчал Борис. - Провода я сейчас поищу в шурум-буруме Андрея...

Час спустя они ехали в метро. Добравшись до конечной станции, долго брели по кривым улицам. Бориса вел скорее инстинкт, чем память. После длительных блужданий они вышли-таки к стоянке с рядами гаражей. Невдалеке от высокой сетчатой ограды снаружи горбилась накрытая брезентом машина.

- Вот она, старушка, - улыбнулся Борис.

Он стащил брезент, и все трое молча уставились на чудо техники.