Иван Сербин - Дикие псы

— Это ты так думаешь, — подал голос Артем. Дима спокойно достал из кармана сигареты, закурил. Здоровяк вдруг шагнул к нему, схватил тлеющую сигарету, швырнул на пол и раздавил.

— Не кури, — с отчетливой угрозой в голосе сказал Артем. — Профессор дышать не сможет. И это… Тебя никто и не бил. Профессора били, а тебя так… разок стукнули, и всего делов. Так что за тобой должок. Вон ему, — и снова кивнул на неподвижного Костика.

— Ага, а мы, стало быть, все из себя честные, благородные, — пробормотал Димка. — Когда, значит, на экзаменах надо было списать, мы лучшими друзьями были. А как только везуха ко мне жопой повернулась — сразу ноги в руки и в кусты. Ну, спасибо, дружбаны. Спасибо. За верность, за преданность, за искреннюю дружбу. Артем насупился. В чем-то упрек Димки был справедлив. Тот действительно помогал ему на письменных экзаменах отвечать на билет, давал «шпоры», подсказывал старательно.

— Ты нам мозги не канифоль, — Славик почувствовал, что упускает инициативу, а инициатива сейчас была важна, как никогда. Без третьего участника придуманная им схема ограбления банка была априори обречена на провал. Вообще-то он не был уверен в Димке как в напарнике, но… на безрыбье и рак свистит. — К тому же мы говорим о разных вещах. Это называется не предательство, а справедливость.

— Еще один справедливый выискался, — пробормотал Димка. — За мои бабки в кабаки ходить да пиво жрать молодец был. А теперь в общественные обвинители записался, да? Славик вдруг усмехнулся и, по примеру Димки, сунул руки в карманы джинсов. Он успокоился и сразу же стал словно на голову выше собеседника.

— В общем, так, — произнес спокойно. — Послезавтра мы идем грабить банк. Честно говоря, я бы с тобой не то что разговаривать, ср… — он стрельнул взглядом на бледную Милку, — короче, в один сортир не вошел бы. Насчет пушек мы договорились. План у нас есть. Машину завтра присмотрим. Но нам понадобится третий человек, а с тебя причитается.

— Вы что, с ума сошли? — вдруг громко спросила Милка. — Вы все тут с ума посходили, что ли? — Она пошла к Славику. — Ты только послушай, что ты говоришь. А ты? — девушка повернулась к Артему. — Димка же выручал тебя столько раз! Что же вы накинулись на него… Испугался человек, с кем не бывает! Испугался!

— Угу, — хмыкнул Славик. — И пугался три дня. Так пугался, бедный, что всех нас обманул. Не только Профессора, всех! Мы просили за тебя перед Костиком! Профессор рассчитывал на нас, на наше слово, — Славику отчего-то вспомнился Рашид. Серьезный, брезгливо-надменный, произносящий: «Говно. Слово не держат». — А получилось, что мы его подставили.

— Да вы совсем ополоумели, — Милка едва не сорвалась на крик. — Ты подумай, что ты предлагаешь! — Она наступала на Славика, как танк, и остановить ее он не мог, поскольку сказать ему было нечего. — Ты предлагаешь идти грабить банк, да? Вас убьют там всех. Всех. И тебя, и его, — указала на Артема, — и Димку. Поможет это твоему Костику, а? Если вас убьют всех? Поможет?

— Не убьют, — ответил хмуро Славик, отступая под ее нажимом. — Я все продумал. Если нас будет трое…

— Не убьют, так арестуют. Кому от этого станет легче?

— У меня отличный план, — возразил он. Впрочем, если уж сказать по чести, ее уверенность в дурном обороте дела поколебала и его решимость. И это было плохо. — Нас не поймают, если все сработают как надо. Димка обязан нам помочь. Он виноват.

— Ты никому не поможешь, — сказала Милка, глядя Славику в глаза. — Не поможешь. Наоборот. Сделаешь хуже.

— Слушай, — тот поморщился, — давай мы без тебя разберемся, что теперь хуже, а что лучше, ладно? Димка молчал, пытаясь быстро просчитать ситуацию.

— Надежный план? — спросил он вдруг. — Расскажи мне.

— Сперва ответь, пойдешь с нами? — возразил Славик.

— Нет уж, — Димка криво усмехнулся. — Я не собираюсь рисковать головой из-за твоей глупости. Расскажи о своем плане, и тогда я решу, идти с вами или лучше дома посидеть. Славик и Артем переглянулись.

— А что? — пробасил здоровяк. — Справедливо.

— Ладно, — кивнул Слава. — Садись за стол, побазарим. Да, Мил, — он повернулся к девушке. — Знаешь, ты все-таки лучше уйди. Меньше слышишь — меньше знаешь. Так надежнее.

— Ну нет, — категорически отрубила она и демонстративно устроилась за столом. — Если Дима согласится идти, я пойду вместе с ним. В конце концов, это и меня касается тоже.

— Чего? — У мальчишек поотвисали челюсти. Ничего подобного никто из них не ожидал.