Наталья Матвеева - Трофей

— Скоро я смогу делать из них бусы. — съязвил Кристиан.

Элли внутренне содрогнулась, понимая, о чем он говорит, но обида была сильнее и она не шелохнулась.

Около двух часов «Митсубиси» колесил по Токио, и ребята пытались отыскать хоть что-то, что могло бы служить убежищем на два дня. В поисках приюта Джек выехал в тихий пригород, и они ехали мимо небольших поселений с аккуратными, уютными домиками, пока, наконец, вдали не замаячила католическая церковь. К удивлению Элли, ребята единодушно решили ехать туда.

Последующие два дня прошли мирно и очень спокойно. Ребят приютил отец Майкл, родом из Штатов, но почти всю жизнь проживший в Японии. Юноши помогали ему ломать дрова, чинить крыши трапезной и сарая со скотиной, пахать церковное поле и работать в огороде, а Элли помогала ухаживать за цветником и поддерживать чистоту в помещениях, взамен отец выделил им спальные места на чердаке церкви — там были полы, устланные соломой, немного мебели и несколько кроватей. Он был по-христиански добр к ним и ни о чем не спрашивал, но согласился спрятать их, если нагрянут люди Бао.

Все двое суток Элли ощущала, что ей становится легче: рядом были родные люди, скоро она снова будет в Нью-Йорке… Когда она смотрела из окна чердака на тихие крыши деревушек и поля вокруг, ей казалось, будто перестрелки, опасность и ужасы остались позади… Но она понимала, что даже в Америке ничего не закончится.

Все это время Элли абсолютно игнорировала Кристиана, стараясь не смотреть на него, не говорить с ним и держаться от него, как можно дальше. Она испытывала злость и обиду, хотя много раз пыталась понять, почему. Его слова — это пустой звук, это желание задеть ее, вывести из равновесия, она знала, что им доверять нельзя… Но все же здесь было что-то не то, и ее сердце рвалось от боли и оскорбленного чувства.

Утром второго дня Элли работала в цветнике, пытаясь прополоть заброшенную грядку с кустом алых роз. Ее волосы были беспорядочно заколоты на затылке и торчали во все стороны, а поверх неизменной майки и спортивных штанов с кроссовками был накинут длинный белый рабочий халат и резиновые перчатки до локтей.

Бурьян, которым порос кустарник, был таким жестким и так глубоко уходил корнями в землю, что Элли приходилось тащить изо всех сил, упираясь ногами в землю и вцепившись в него обеими руками. Она видела Дэна, который набирал из колодца воду, Джек был в сарае, помогал отцу Майклу кормить скотину, а Кристиан торчал неподалеку, восстанавливая обрушенный от старости деревянный забор. Элли боролась с собой, но все же бросила взгляд на его сильные, мускулистые руки, потрясающее тело и невероятно красивый профиль с сосредоточенными синими глазами, щетиной и черными, как смоль, волосами, падающими на шею непослушными волнистыми прядками.

Он не смотрел в ее сторону, и Элли радовалась тому, что он не замечает ее взгляда. Даже таская деревянные балки и забивая гвозди, он излучал невероятную мужскую силу и непреклонность, сиял мощью и горячим огнем, мужеством и обаянием, и Элли чувствовала его жар, она невольно любовалась им…

Но в голове вспыхнул бар, его глаза и слова, которые он говорит… С гневом и обидой Элли отвернулась и с остервенением направив свою злобу на сорняк, вцепилась в его стебель и тащила, отдуваясь.

Вдруг горячий брутальный голос с тонкой насмешкой проговорил сзади:

— Помочь?

Элли от неожиданности так рванула сорняк, что он выдернулся, а она по инерции упала на попу, держа в руке колючий стебель. Ее сердце странно вздрогнуло, но она все еще злилась, поэтому гневно подняла глаза на стоящего над ней стройного и сексуального, хоть и в грязной одежде, Кристиана, обаятельно закуривающего сигарету.

Элли не могла смотреть в эти сияющие жизнью, наглостью и превосходством синие глаза, с усмешкой изучающие ее, и отвернулась, пытаясь взровнять землю после сорняка лопаткой.

— Я и без тебя отлично справляюсь. — отрезала она с раздражением.

Кристиан ухмыльнулся и вдруг схватил ее за локоть и легко поднял на ноги, грубо, но горячо развернув к себе. Его синие глаза проницательно заглянули в ее зеленые, и она снова ощутила себя маленькой и глупой рядом с ним.

— Скажи, принцесса, за что ты обижаешься на меня? — обаятельно и притягательно спросил Кристиан, выдохнув дым.

Элли снова ощутила неимоверную обиду в сердце и с горечью проговорила:

— О чем ты? Просто стараюсь избегать негативных эмоций.